Когда мой брат с женой решили улететь на неделю в отпуск, я сначала испытала надежду. Он впервые за долгие годы захотел взять с собой маму. В его голосе звучала забота, которую я почти забыла. Казалось, вот оно — человечность вернулась. Но я знала, что его жена — женщина с непростым характером — категорически против.
Мама уже давно передвигается на инвалидной коляске, и я слышала, как невестка пыталась убедить брата: «Это слишком неудобно».
— Ты понимаешь, мы не сможем всё время за ней следить, — говорила она. — Давай лучше в следующий раз…
Но брат настаивал. И я, с тревогой в сердце, помогла маме собрать вещи. Мы тщательно укладывали её вещи, провожала их в аэропорт, обняла маму на прощание. Она улыбалась, счастливая, что сын о ней помнит.
Прошло всего полчаса, и телефон зазвонил.
— Мам? Почему звоните? Вы уже должны были лететь!
— Они… они улетели без меня…
Голос мамы дрожал, слёзы перехватывали дыхание.
— Они обещали, что я полечу с ними… но на посадке невестка сказала, что сначала зарегистрирует нас, а потом за мной вернётся… и исчезла. Потом я увидела их в иллюминаторе… Они улетели, а я осталась одна. Здесь. В пустом аэропорту.
Я не могла поверить своим ушам. Бросилась обратно в зал ожидания. Мама сидела там, с чемоданом, в пальто, вся в слезах, растерянная. Я обняла её крепко, злость разрывала меня изнутри — как можно быть настолько жестокими?
Позже я узнала правду: невестка солгала брату, сказав, что мама уже в самолёте и всё в порядке. Он сел в кресло, ни о чём не подозревая. Удобно — избавиться от «обузы» и при этом выглядеть заботливым.
Тогда я поняла: настало время преподать урок этой наглой женщине. Показать, что пожилого человека так просто бросить нельзя.
Пока они были в отпуске, я поговорила с мамой. Без колебаний она подписала дарственную на дом — на меня.
— Ты моя дочь, и я знаю, что никогда не оставишь меня как ненужный багаж, — сказала она.
Теперь дом был наш. Законно. Официально. И наконец справедливо.
Когда брат с женой вернулись: загорелые, довольные, с сотнями фотографий, я встретила их у порога.
— Вещи заберите и живите там, где ваши понятия о семье ещё что-то значат. Здесь вам больше не место.
Невестка кричала, угрожала. Брат пытался оправдаться. Но было поздно.
Мама сидела у окна, пила чай и улыбалась. На этот раз — по-настоящему, спокойно, счастливо.
Search