— «Слишком ленивы, чтобы зайти в магазин, дорогие гости? Тогда и мне лень вас кормить», — резко сказала хозяйка. Алена только что сняла рабочие туфли, когда резкий звонок домофона разрезал вечернюю тишину квартиры. В трубке голос был бодрый и беззаботный: «Мы почти пришли! Открой дверь!» Татьяна. Её свояченица. Которая никогда не считала нужным заранее предупреждать о визитах. Алена взглянула на себя в зеркало: усталое лицо после смены в больнице, растрёпанные волосы. Она больше всего хотела рухнуть на диван и не шевелиться до утра. «Кто это?» — спросил Олег из кухни, не отрываясь от газеты. «Твоя сестра с детьми», — Алена нажала кнопку домофона. «Похоже, они надолго.» Муж только хмыкнул и перевернул страницу. Для Олега это привычно: родственники приезжали без предупреждения, а все хлопоты по размещению и кормлению автоматически ложились на плечи жены. Через несколько минут в дверь постучали. Алена открыла и увидела Татьяну с двумя детьми — десятилетним Максимом и восьмилетней Кристиной. В руках у свояченицы была только одна сумка, явно набитая одеждой. «Привет!» — вошла Татьяна, сбрасывая лёгкую куртку. «В поезде такая жара! Еле успели.» Дети молча стояли за мамой, оглядывая квартиру. Кристина зевнула и натёрла глаза кулачком. «Проходите,» — Алена отошла в сторону. «Где ваши вещи? Сумки?» «Это всё», — Татьяна отмахнулась. «Мы ненадолго. Всего на пару дней. Ой, у вас на вокзале всё так дорого! В магазин забежать не успели, поезд уходил.» Алена кивнула, хотя внутри в ней что-то неприятно кольнуло. Пару дней без покупок — придётся готовить из того, что есть в холодильнике. А она планировала поход в супермаркет на выходные. Олег вышел из кухни и обнял сестру. «Как вы? Как доехали?» «Хорошо, хорошо», — улыбнулась Татьяна. «Дети устали, конечно. И голодные.» «Сейчас что-нибудь приготовлю», — автоматически ответила Алена. «Проходите, устраивайтесь.» Она провела гостей в гостиную, быстро убрала журналы и подушки с дивана. Олег включил детям телевизор и снова ушёл на кухню с газетой. «Вам не помешает, если мы тут поспим?»
— Татьяна опустилась в кресло. «Диван удобный.» «Конечно», — кивнула Алена. «Принесу постельное бельё.» В холодильнике она нашла курицу, предназначавшуюся на завтрашний ужин, немного овощей и крупу. Алена достала сковороду и начала готовить. На улице уже темнело, усталость давила так, что она едва держала нож. «Мама, что на ужин?» — заглянул на кухню Максим. «Скоро будет готово», — улыбнулась ему Алена. «Терпение.» Через полчаса на столе стояли тарелки с жареной курицей, рисом и салатом из помидоров. Татьяна села за стол с видом уставшей путешественницы, которой положено особое внимание. «Так вкусно пахнет!» — сказала свояченица, накладывая себе щедрую порцию. «Я думала, сегодня останемся голодные.» Дети ели молча, сосредоточенно. Олег жевал рассеянно, посматривая на телефон. Алена сидела и смотрела, как исчезает еда — та, что должна была хватить на два дня. «Спасибо, очень вкусно», — закончил компот Максим. «Не за что», — Алена погладила мальчика по голове. Хоть кто-то сказал спасибо. После ужина Татьяна устроилась на диване с телефоном, а дети разбежались по квартире. Кристина нашла в шкафу старые игрушки и раскидала их по полу. Максим включил планшет и ушёл в игру. Алена убрала со стола, помыла посуду, постирала гостевое бельё. Олег ушёл спать, пробормотав: «Семья. Потерпим пару дней.» К одиннадцати Алена наконец уложила детей на диван и постелила им. Татьяну устроила в кресле-кровати, которую специально разложила. «Спокойной ночи», — сказала Алена, выключая свет. «Спокойной», — отозвалась свояченица. «И спасибо за ужин.» Алена легла рядом с уже храпящим мужем. Завтра снова на работу — значит, вставать рано. А гости дома, их надо кормить завтраком, обедом и ужином. Из того, что останется в холодильнике. Утром Алена встала, как обычно, в полседьмого. На кухне застала Татьяну у открытого холодильника с недовольным видом. «Что у вас есть поесть?» — спросила свояченица. «Дети встали, просят кушать.» «Сейчас завтрак приготовлю», — включила чайник Алена. «Что-нибудь особенное хочется?» «Нет, что есть», — пожала плечами Татьяна. «Главное — что-то сытное для детей. Максим без мяса не наедается.» Мяса не было. Алена пожарила яйца, нарезала сыр и колбасу, припрятанную на выходные, заварила чай, положила печенье. Дети ели с аппетитом, Татьяна ела медленно, рассматривая тарелку. «Во сколько ты возвращаешься с работы?» — спросила свояченица.
«Обычно в половине седьмого», — Алена допила чай стоя. «А что?» «Просто так, мы, наверное, с детьми погуляем по городу.» Олег позавтракал молча и ушёл на работу. Алена собралась и тоже ушла в больницу, оставив гостей дома. Весь день её терзала мысль: что там едят? И чем кормить на ужин? Вечером Алена вернулась и увидела беспорядок на кухне. Крошки на столе, грязная посуда в раковине, чай разлит на плите. Татьяна сидела в гостиной с телефоном, дети смотрели мультики. «Ну как дела?» — спросила Алена, снимая пальто. «Всё хорошо», — ответила свояченица, не поднимая глаза. «Гуляли, были в парке. Дети ели мороженое.» «Вы обедали?» «Нашли что-то в холодильнике. Максим пожарил яйца.» Алена заглянула в холодильник. Пусто. Совсем пусто — только горчица и банка варенья. Опять надо готовить ужин. Но не из чего. «Олег», — тихо позвала мужа в спальню Алена. «Надо в магазин. В доме совсем нет продуктов.» «Так сходи», — даже не оторвался Олег от газеты. «В чем проблема?» «Проблема в том, что я три дня кормлю твоих родственников на свою зарплату, и даже спасибо не слышала.» «Чего ты заводишься?» — наконец посмотрел муж. «Потерпи два дня. Это мой племянник и племянница.» «Сегодня уже третий день, Олег. Никто даже не предложил скинуться на продукты.» «Попроси их.» «Я не должна просить! Это же элементарная вежливость — приезжать в гости с едой или хотя бы предложить сходить в магазин.» Олег лишь пожал плечами и снова углубился в газету. Разговор закончен. Алена пошла в магазин одна. Потратила две тысячи рублей на продукты для всех. Дома приготовила ужин — тушёное мясо с картошкой. Татьяна ела с удовольствием, хваля: «Какая ты хозяйка! Умеешь готовить.» Дети опять ели молча. После ужина Алена убрала кухню, пока гости смотрели телевизор. «Ты завтра собираешься в магазин?» — осторожно спросила свояченица Алена. «А зачем?» — удивилась Татьяна. «Ты ведь так вкусно готовишь. Мы не справимся. Да и детям твоя еда больше по вкусу… Продолжение в комментариях Алена только что сняла рабочие туфли, когда резкий звонок домофона нарушил вечернюю тишину квартиры.
Голос в трубке звучал весело и беззаботно: «Мы почти подошли! Открывай!» Татьяна. Ее свояченица. Та, которая никогда не считала нужным заранее предупреждать о своих визитах. Алена взглянула на себя в зеркало — усталое лицо после смены в больнице, растрепанные волосы. Ей больше всего хотелось рухнуть на диван и не вставать до утра. «Кто там?» — спросил Олег из кухни, не отрываясь от газеты. «Твоя сестра с детьми», — Алена нажала на кнопку открытия двери. «Похоже, решили задержаться на какое-то время». Муж лишь фыркнул и перевернул страницу. Для Олега это было в порядке вещей — родственники появлялись без предупреждения, а все хлопоты по размещению и кормлению почему-то всегда ложились на плечи его жены. Через несколько минут раздался стук в дверь. Алена открыла и увидела Татьяну с двумя детьми — десятилетним Максимом и восьмилетней Кристиной. В руках свояченицы была только одна спортивная сумка, явно набитая одеждой. «Привет!» — Татьяна вошла в прихожую, сбрасывая легкую куртку. «В поезде была жарища! Еле добрались.» Дети стояли молча позади матери, внимательно разглядывая квартиру. Кристина зевнула и потёрла кулачком глаза. «Проходите», — Алена отошла в сторону. «Где ваши вещи? Сумки?» «Это всё, что у нас есть», — отмахнулась Татьяна. «Мы ненадолго. Всего на пару дней. О, и всё на вокзале так дорого! Мы не успели в магазин, поезд уже отправлялся.» Алена кивнула, хотя внутри что-то неприятно екнуло. Несколько дней без продуктов — значит, придется готовить из того, что осталось в холодильнике. А поход за покупками был запланирован на выходные. Олег вышел из кухни и обнял сестру. «Как дела? Как добрались?» «Хорошо, хорошо», — улыбнулась Татьяна. «Дети устали, конечно. Они голодные.» «Я сейчас что-нибудь приготовлю», — машинально ответила Алена. «Проходите, устраивайтесь». Она провела гостей в гостиную и быстро убрала журналы и подушки с дивана. Олег включил детям телевизор, а потом снова ушёл на кухню со своей газетой. «Ты не против, если мы поспим здесь?» — Татьяна опустилась в кресло. «Диван выглядит удобным.» «Конечно», — кивнула Алена. «Я сейчас принесу постельное бельё.» В холодильнике она нашла курицу, которую собиралась готовить на ужин завтра, немного овощей и крупу. Алена достала сковороду и начала готовить. На улице уже темнело, и она так устала, что руки едва держали нож. «Мам, что на ужин?» — Максим заглянул на кухню. «Скоро будет готово», — улыбнулась мальчику Алена. «Потерпи немного». Через полчаса на столе стояли тарелки с жареной курицей, рисом и салатом из помидоров. Татьяна села с видом усталой путешественницы, которой положено особое внимание. «Пахнет замечательно!»
— сказала свояченица, накладывая себе огромную порцию. «Я думала, что сегодня останемся голодными». Дети ели молча, сосредоточившись. Олег жевал рассеянно, посматривая в телефон. Алена сидела и смотрела, как исчезает еда—та самая, что должна была хватить на два дня. «Спасибо, очень вкусно», — сказал Максим, допив компот. «Пожалуйста», — Алена погладила мальчика по голове. Хоть кто-то поблагодарил. После ужина Татьяна устроилась на диване с телефоном, а дети разбежались по квартире. Кристина нашла в шкафу старые игрушки и раскидала их по полу. Максим включил планшет и ушёл с головой в игру. Алена убрала со стола, помыла посуду и положила гостевое бельё в стиральную машину. Олег ушёл спать, пробормотав: «Это семья. Потерпим пару дней». К одиннадцати Алена наконец уложила детей на диван и застелила им постель. Татьяна устроилась на раскладном кресле, которое пришлось разложить специально для нее. «Спокойной ночи», — сказала Алена, выключая свет. «Ночи», — ответила её золовка. «И спасибо за ужин». Алена легла рядом с уже храпящим мужем. Завтра был ещё один рабочий день, а значит — ранний подъём. А гости будут дома, им нужны завтрак, обед и ужин—из того, что осталось в холодильнике. Утром Алена встала в половине седьмого, как обычно. На кухне она застала Татьяну у открытого холодильника, выражение лица было недовольным. «Что есть поесть?» — спросила золовка. «Дети проснулись — они голодные». «Сейчас приготовлю завтрак», — Алена включила чайник. «Есть какие-то предпочтения?» «Нет, что есть», — пожала плечами Татьяна. «Только что-нибудь сытное для детей. Максим не наедается без мяса». Мяса не было. Алена пожарила яйца, нарезала сыр и колбасу, которую приберегала на выходные, заварила чай и поставила печенье. Дети ели с аппетитом; Татьяна ела медленно, разглядывая то, что у неё на тарелке. «Во сколько ты возвращаешься с работы?» — спросила золовка. «Обычно около половины седьмого», — Алена допила чай стоя. «Почему?» «Да так, просто спросила. Мы, наверное, с детьми погуляем днём. Посмотрим город». Олег позавтракал молча и ушёл на работу. Алена собралась и отправилась в больницу, оставив гостей дома. Весь день её глодала одна мысль—что они там едят? И что будет на ужин? Тем вечером Алена вернулась и нашла кухню в беспорядке. Крошки на столе, в раковине гора грязной посуды, на плите разлит чай. Татьяна сидела в гостиной с телефоном, дети смотрели мультики. «Как дела?»
— спросила Алена, снимая пальто. «Всё нормально», — ответила золовка, не отрываясь от телефона. «Гуляли, ходили в парк. Дети ели мороженое». «Вы обедали?» «Нашли что-то в холодильнике. Максим пожарил яйца». Алена заглянула в холодильник. Пусто. Совсем пусто, если не считать горчицы и банки варенья. Опять придётся готовить ужин—совсем не из чего. «Олег», — тихо позвала Алена мужа в спальню. «Надо идти в магазин. Совсем не осталось еды». «Тогда иди», — не поднял глаза от газеты Олег. «В чём проблема?» «Проблема в том, что я уже три дня подряд кормлю твоих родственников на свою зарплату, и никто даже не сказал спасибо». «Зачем ты так возмущаешься?» Наконец он посмотрел на жену. «Не можешь потерпеть пару дней? Это же мои племянники». «Уже третий день, Олег. И никто даже не предложил скинуться на продукты». «Тогда попроси их». «Я не должна просить! Это элементарная вежливость — прийти с продуктами или хотя бы предложить сходить в магазин». Олег пожал плечами и снова уткнулся в газету. Разговор закончен. Алена пошла в магазин одна. Она потратила две тысячи рублей на еду для всех. Дома приготовила ужин—тушёное мясо с картошкой. Татьяна ела с аппетитом и похвалила её: «Ты такая хорошая хозяйка! Ты и правда умеешь готовить». Дети снова ели молча. После ужина Алена убрала на кухне, пока гости смотрели телевизор. «Ты собираешься завтра в магазин?» — осторожно спросила Алена золовку. «Зачем?» — удивилась Татьяна. «Ты сама отлично готовишь. Мы не справимся. Да и детям больше нравится твоя еда». Алена кивнула и промолчала. Внутри что-то горячее и тяжёлое начало закипать. На четвёртое утро Алена проснулась с твёрдым решением. Встала, оделась и положила в сумку всё съедобное из холодильника—остатки сыра, пару яблок, немного печенья. На полке оставила открытую банку варенья, чёрствый хлеб и горчицу. Олег всё ещё спал. Гости тоже. Алена выскользнула из квартиры и ушла на работу. В тот вечер она пришла домой позже обычного. В квартире стояла странная тишина, такая, какая бывает после бури. Воздух казался разреженным, словно во время отсутствия хозяйки произошло что-то важное. На кухне в раковине стояла только кастрюля с остатками кипячёной воды. На столе лежали чайная ложка и пустая банка из-под варенья, тщательно выскобленная до дна. Больше не было никаких признаков готовки. Олег сидел в гостиной, выглядя так, будто весь мир ополчился лично против него. Его лицо было обиженным, брови настолько сдвинуты, что между ними пролегла глубокая складка. — Мы весь день ели бутерброды, — сказал Олег, когда Алена проходила мимо.
— Ты хоть бы предупредила нас. Алена спокойно сняла пальто и повесила его в шкаф. Она не ответила. Она вошла на кухню и открыла холодильник — пустота, как и ожидала. Только горчица и последний кусок хлеба. — Алена! — позвала Татьяна из гостиной. — Мне нужно с тобой поговорить. Её золовка зашла на кухню с решительным видом. Дети сидели на диване, молча смотря мультики, стараясь не попадаться на глаза. — Я думала, ты настоящая хозяйка, — начала Татьяна, скрестив руки. — А так ты обращаешься с семьёй. Мы ведь не каждый день приходим. Не принято оставлять гостей без еды. Алена повернулась и внимательно посмотрела на неё. Татьяна стояла с видом человека, уверенного в своей правоте. — Если вам было лень зайти в магазин, дорогие гости семьи, то и мне лень вас кормить, — тихо сказала Алена, не повышая голоса. — Что?! — у Татьяны отвисла челюсть. — Ты серьёзно? — Абсолютно серьёзно. — Но мы же семья! — Татьяна замахала руками. — Что, родственные связи больше ничего не значат? Гостеприимство? А мама—мама бы так никогда не поступила! У неё всегда был полный стол для родственников! — Тогда езжайте к маме, — ровно сказала Алена. — Алена! — вошёл Олег на кухню. — Может, ты всё-таки переборщила? Могла бы помягче. Они ведь детей привезли. Алена медленно повернулась к мужу. Она долго и внимательно смотрела на него, будто видела впервые. — Если хочешь, иди за ними, — спокойно сказала она. — Но никто больше не будет жить здесь за мой счёт. Ни сейчас. Ни когда-либо. Олег открыл рот, собираясь возразить, но жена уже повернулась и ушла в спальню. Дверь за ней мягко закрылась. Татьяна стояла на кухне, переводя взгляд с пустого холодильника на дверь в спальню. Затем тяжело выдохнула и пошла обратно к детям в гостиную. — Мама, мы домой поедем? — тихо спросила Кристина. — Да, завтра поедем, — коротко ответила Татьяна. Утром никто не завтракал. Татьяна молча собрала вещи детей в сумку, а Максим и Кристина сидели на диване, готовые к отъезду. Олег помог донести багаж до лифта, но проводы прошли молча. Ни объятий, ни прощальных поцелуев, ни приглашения прийти ещё.
— Ну, пока, — сказала Татьяна, когда двери лифта открылись. — Пока, — коротко ответил Олег. Дети помахали и исчезли за закрывающимися дверями лифта. Следующие два дня Олег крался по квартире тихо, как мышь. Он сам себе варил пельмени из морозилки, аккуратно мыл посуду, молча читал газету, смотрел телевизор в наушниках. Он украдкой поглядывал на жену, но разговор не заводил. На третий день он сам пошёл в магазин. Принёс две сумки продуктов и поставил их на кухонный стол без комментариев. С тех пор имя Татьяны в доме больше не упоминалось. Алена вернулась к своему обычному ритму. Она готовила точно на двоих, без остатков. Покупала продукты по списку, рассчитанному на неделю. Она ни кого не ждала и ни под кого не подстраивалась. В выходные Олег предложил: — Хочешь сходить в кино? — Хорошая идея, — согласилась Алена. Её муж купил билеты и попкорн; они сели рядом в кинотеатре и смотрели комедию. Смеялись в одни и те же моменты. Потом пошли в кафе и заказали кофе и десерт. «Знаешь», — сказал Олег, размешивая сахар в чашке, — «я кое-что понял». «Что?» «Родство — не повод нарушать границы». Алена кивнула и сделала глоток кофе. Она не сказала, что поняла это уже давно. Просто кивнула. Через месяц Татьяна позвонила Олегу. Она хотела приехать на майские праздники с детьми. Олег сказал, что подумает и перезвонит. Но он этого не сделал. Холодильник Алёны больше не превращался в бесплатную столовую для гостей. А еда в нём была только для тех, кто понимал простую истину: уважение начинается не с кровных уз, а с элементарной вежливости — например, зайти в магазин перед тем, как сесть за чужой стол. Алена больше не старалась быть удобной для всех. И жизнь стала намного спокойнее.