У Мишки есть друг — красивый парень по имени Димка. Он хорошо зарабатывает, его карьера идет в гору, успех за успехом, и он знает пару языков. Он немного нервный, правда, но это от переутомления. Он живёт один. И есть подруга—умная и красивая Настя, отлично образована, воспитанная, просто сокровище. Тоже немного нервная, опять же от переутомления. Она живёт одна. Было больно смотреть, как они оба плывут во взрослой жизни. Поэтому Мишке пришлось их познакомить. Сначала всё шло отлично—они даже стали жить вместе, настолько всё было хорошо. Потом стало похуже, а теперь, кажется, всё подходит к концу. «Что случилось?» — спросил Мишка, наливая чай в кружки. «Эм… ну…» — Димка замялся. «Просто… Короче, она не очень женственная! Спорит всё время, обижается по пустякам, всё время чего-то хочет, у неё свои дела. Я о таком не мечтал!» «А как выглядит ‘женственная’? — поинтересовался Мишка, садясь напротив. Димка задумчиво уставился вдаль. «Во-первых, она должна уступать! Идти навстречу! Я говорю: ‘Пойдём направо’ — она соглашается — идём направо. А не так, что я говорю ‘направо’, а она: ‘Нет, пойдём прямо’. Не должна спорить!» Мишка кивнул безучастно. «Понял. Что ещё?» «Во-вторых, она должна быть понимающей!» — вспылил Димка. «Если я кричу, например, это не потому что я плохой. Просто у меня настроение плохое.
Она не должна обижаться. Наоборот, должна меня успокоить.» «То есть как мама», — заметил Мишка с лёгкой улыбкой. «Не мама!» — возмутился Димка. «Женщина! Понимающая женщина!» «Конечно, извини. Продолжай.» «Она должна меньше требовать! Не вот это бесконечное ‘купи мне то, купи мне это’. То пиццы, то булочки, то даже колготки. Я с радостью куплю ей булочку, но я должен сам захотеть! А не быть вынужденным! Надо просто дождаться, когда я сам захочу!» Мишка смотрел на друга с интересом. «А сколько тебе обычно нужно, чтобы появилось желание?» «Что?» «Купить булочку. Месяц? Два?» «Не в этом дело!» — резко сказал Димка. «Она должна заботиться обо мне! Чтобы я чувствовал, что ей не всё равно. Я покупаю ей булочку — а что мне возвращается?» «А что она должна тебе давать?» «Ну… внимание! Ласку! Я должен видеть, что она старается!» «То есть, получается, как дочь», — заключил Мишка. «Какая дочь?!» — вспыхнул Димка. «Ты о чём?» «Ничего. Я слушаю.» «Она не должна ничего от меня скрывать!» — продолжил Димка. «Если идёт к подруге — пусть покажет сообщение от подруги. Чтобы я знал, что всё честно!» «Понятно», — сказал Мишка, прихлёбывая чай. «То есть она должна заботиться о тебе как мама и слушаться как дочка. Если ты такую найдёшь, как ты собираешься с ней спать? Как ни крути — это инцест.» Димка покраснел. «Нет, нет, нет», — опомнился он, «никакого инцеста! Взрослая женщина — зрелая, мудрая и ответственная!» Мишка уже догадался, что дальше речь пойдёт о деньгах. «Во-первых, она не должна садиться мне на шею», — продолжил красавчик. «Не должна пытаться всё делать за мой счёт. Иначе я чувствую себя использованным!» «Ага», — заметил Мишка.
«Особая дочка, которая тебя слушается, а кормить не надо. Класс.» «Ты меня не понимаешь!» — возмутился Димка. «Во-вторых, она не должна считать мои деньги! Не должна спрашивать, куда они ушли и почему не хватает. Иначе я чувствую себя с налоговым инспектором!» «Ещё лучше», — сказал Мишка. «Особая мама: заботится, но не контролирует.» «Ты издеваешься?!» — Димка стукнул кулаком по столу. «Упаси бог. Я восхищаюсь твоей логикой.» «В любом случае, мы взрослые, и все расходы должны делиться пополам!» — горячился Димка. «Если ей нужен кофе, а мне нет — пусть сама покупает! И за такси платит сама! Конечно, может занять у меня, если не хватает. Но должна вернуть — я всё записываю!» « Значит, тебе нужен сосед по квартире», — заключил Мишка. «Пополам аренда, вместе скидываемся на пылесос, у каждого своя полка в холодильнике, а унитаз убираем по очереди.» « И что! Это справедливо!» — вспылил его друг. « Подожди — а какое отношение женственность имеет ко всему этому?» — уточнил Мишка. « В смысле? Это самое главное! Чтобы можно было положиться на нее! Это не одностороннее движение! Понимаешь… рука об руку. Плечом к плечу!» « Прекрасно», — подвел итог Мишка. «Честная подруга, заботится как мать, подчиняется как дочь. Теперь я знаю, что значит ‘женственная’ — спасибо.» Через неделю Мишка встретил Настю в маленьком кафе. Она выглядела усталой, но держалась с достоинством. « Как дела?» — спросил он. « Прекрасно», — язвительно ответила Настя. «Живу с мужчиной, который ведет себя как шестилетний ребёнок, но требует, чтобы его воспринимали как короля.» « Расскажи подробнее.» «Ты знаешь, что меня больше всего забавляет?» — засмеялась Настя, но смех вышел горьким. «Он хочет, чтобы я была независимой — только в вопросах, которые его не касаются. А оказывается, его касается всё.» «Например?» « Например, я не могу выбрать ресторан, потому что у него есть мнение. Не могу выбрать фильм, потому что у него есть предпочтения. Но я обязана покупать себе прокладки сама, потому что это ‘женское дело’ и ему стыдно.» Мишка усмехнулся. « И еще он требует романтики», — продолжила Настя. «Но романтика, по его мнению,
это когда я готовлю ужин, он лежит на диване, а потом милостиво соглашается на близость. И инициатива, конечно, должна исходить от меня, иначе он не уверен, что я его хочу.» «Логично», — отметил Мишка. «А если ты не хочешь?» «Это не важно. Если я не хочу — я фригидная. Если хочу — я распущенная. Золотая середина существует ровно пять минут в месяц, когда у него хорошее настроение.» «Но больше всего меня поражает его отношение к деньгам», — откинулась Настя. «Всё должно быть честно пополам, понимаешь? Я плачу за свою еду, он — за свою. Свое такси, своя одежда, свои развлечения.» «Справедливо», — откликнулся Мишка. «Конечно!» — Глаза Насти зажглись едким огоньком. «Особенно справедливо, когда я три часа убираю его квартиру, а он великодушно позволяет мне делать это бесплатно. Или когда я готовлю ужин на двоих, он съедает свою половину и настаивает, чтобы я заплатила за свою долю продуктов.» «А ты что делаешь?» «Я веду свою тетрадку», — Настя достала блокнот и помахала им. «Час уборки — пятьсот рублей. Приготовить ужин — тысяча. Погладить его рубашки — по триста за штуку. Секс — две тысячи за сеанс, потому что я профессионально имитирую удовольствие.» Мишка едва не поперхнулся чаем. «Серьезно?» «А чего ты ожидал?» — засмеялась Настя — на этот раз искренне.
«Если уж играть в капитализм, то по полной. Сейчас он мне должен семьдесят восемь тысяч рублей.» «И знаешь, что самое смешное?» — продолжила она. «Он искренне считает себя современным мужчиной. Потому что не требует от меня сидеть дома и рожать детей.» «Какой он щедрый.» «О, абсолютно! Он даже разрешает мне работать. Просто моя работа должна быть устроена так, чтобы не мешать его комфорту. То есть я должна быть всегда наготове, если ему нужна забота, поддержка или просто кто-то, на ком можно сорвать плохое настроение.» «А если у тебя плохое настроение?» «Я не могу быть в плохом настроении», — с тоном невинного удивления сказала Настя. «Я женщина! Я должна быть источником гармонии и спокойствия. А если я устала или расстроена, значит, я неправильная женщина.» «Неправильная?» «Конечно! Правильная женщина всегда в хорошем настроении, всегда поддержит, всегда готова к близости и никогда не имеет собственных потребностей.» Мишка покачал головой. «Что ты собираешься делать?» «А что я могу сделать?» — Настя пожала плечами. «Буду дальше играть роль домашней гейши, которая еще и себя содержит. Или найду другой вариант. Кстати о вариантах,» — она хитро улыбнулась, — «тебе девушка не нужна?» «Мне?» — удивился Мишка. «Ну да. Ты нормальный мужчина. Ты не требуешь, чтобы женщина была одновременно матерью, дочерью, любовницей и боевой подругой». «Почему ты так уверена?» «А ты?» Мишка задумался на мгновение. «Знаешь, правда, нет. Я думаю, есть только одно, что можно ‘требовать’ от женщины — чтобы ей было хорошо рядом со мной. Остальное приложится». «Вот видишь», – удовлетворённо кивнула Настя. – «Твой друг хочет универсального робота с
функцией близости». «Да», согласился Мишка. «Только загвоздка в том, что роботы еще не научились любить». «Может, это к лучшему», – предложила Настя. – «А то вдруг какой-нибудь робот влюбится в него, и он ей предъявит список требований». Они засмеялись вместе. «Знаешь, что я поняла?» – сказала Настя, допивая чай. – «Димка не ищет женщину. Он ищет мамочку, которая будет о нём заботиться, но не будет иметь права его контролировать или что-либо просить». «И ещё хочет дочку, которая будет ему подчиняться и им восхищаться», – добавил Мишка. «И любовницу, которая всегда готова и никогда не отказывает». «И боевую подругу, которая делит все расходы пополам». «И домработницу, которая бесплатно убирает». «И терапевта, который будет слушать все его жалобы на жизнь». Они снова рассмеялись. Прошла неделя в тяжёлом ожидании. Мишка понимал, что развязка неизбежна, и не ошибся. Настя позвонила во вторник утром. «Всё», – коротко сказала она. – «Я ухожу». «Когда?» «Я уже собираю вещи. Можешь прийти? Мне нужна моральная поддержка». Мишка пришёл через полчаса и застал Настю за упаковкой книг в коробки. Одежда лежала аккуратно сложенная на диване. «А где Димка?» – спросил он. «На работе. Оставлю ключи и записку. У меня нет сил это обсуждать с ним». «А что ты написала в записке?» Настя протянула ему листок. Мишка прочёл: «Димка, отношения закончены. Ключи на столе. Счёт на 78 000 рублей остаётся. Твоя бывшая домработница, повар, любовница и боевая подруга». «Жёстко», – заметил Мишка. «Он заслужил», – холодно сказала Настя. На следующий день Димка явился к Мишке, ворвавшись в квартиру, красный от возмущения. «Ты можешь поверить, что… что она сделала?!» – закричал он с порога. – «Сбежала! Как воровка! И оставила какую-то дурацкую записку!» «Я видел записку», – спокойно ответил Мишка. «И что ты на это скажешь?!
Твоя подруга сошла с ума! Какие, к чёрту, 78 000? За что? За то, что жила в моей квартире?» «За работу по дому, насколько я понял». «Какую работу по дому?!» – замахал руками Димка. – «Она убирала для себя! Готовила для себя! Я ведь её не заставлял!» «Не заставлял», – согласился Мишка. – «Ты просто ел то, что она готовила, и жил в квартире, которую она убирала». «Ну и что?! Мы жили вместе! Это нормально!» «Тогда почему она должна была платить за свою еду сама?» Димка запнулся. «Это… другое! Мы договорились всё делить!» «В том числе и работу по дому?» «Какую работу по дому?!» – возмутился Димка. – «Женщины это любят! Готовить, убирать! Это у них в природе!» «Конечно», – кивнул Мишка. – «Их природа — любить неоплачиваемый труд». «Ты издеваешься надо мной!» – хлопнул по столу Димка. – «Я думал, ты поймёшь! А ты на её стороне!» «Я ни на чьей стороне», – сказал Мишка. – «Я просто пытаюсь понять логику». «Какая логика! Она просто стерва! Я для неё всё делал, а она…» «А что именно ты для неё сделал?» Димка опешил. «Ну… я позволил ей жить в своей квартире! Делил с ней кровать! Водил её в рестораны!» «За её счёт». «Ну и что?!» – вспылил Димка. – «А что она мне дала взамен? Одни проблемы! Всегда недовольна, всегда что-то не так!» «Может, потому что твои требования противоречивы?» «Никаких противоречий!» – рявкнул он. – «Я хочу нормальную женщину! Понимающую! Заботливую! Независимую!» «Которая будет тебе подчиняться, заботиться о тебе и содержать себя сама». «Ну да! А что такого?» Мишка покачал головой. «Знаешь что – поищи такую. Может, найдёшь».
Прошло три месяца. Димка действительно искал. Он встречался с людьми, ходил на свидания, излагал свои требования. По какой-то причине женщины быстро исчезали из его жизни. Настя осталась. Сначала она снимала комнату, потом Мишка предложил ей переехать к нему. «Временно», — уточнил он. — «Пока не найдешь что-то подходящее». «Временно», — согласилась она. Но время шло, а Настя не искала другое место. И Мишка ей не напоминал. «Знаешь, что странно?» — сказала Настя как-то вечером. Она сидела на кухне с ноутбуком, работала над проектом. «Что?» — сказал Мишка, моющий посуду. «С тобой я готовлю потому что хочу. С ним я готовила потому что должна была.» «В чем разница?» «С тобой я готовлю то, что мне нравится. И я знаю, что ты это оценишь. С ним я готовила то, что он требовал, и все равно было не так.» Мишка вытер руки и сел рядом с ней. «Что еще?» «А с тобой я трачу деньги на то, что хочу. И не боюсь, что ты попытаешься меня контролировать.» «И не буду.» «Я знаю», — улыбнулась Настя. — «Поэтому хочу тратить их на нас обоих.» «Хитрый трюк природы», — заметил Мишка. «Что ты имеешь в виду?» «Когда людей не заставляют, им хочется делать приятное.» Настя закрыла ноутбук и повернулась к нему. «Мишка, мы… встречаемся?» «А разве нет?» «Мы просто живем вместе и счастливы.» «В этом и состоит «встречаться», — засмеялся Мишка. — Или ты хочешь штамп в паспорте?» «Нет», — тоже засмеялась Настя. — «Я хочу, чтобы так и осталось. Чтобы мы были счастливы.» «Так и будет», — пообещал Мишка, и поцеловал ее. Димка зашел к ним через полгода. Он выглядел измученным и раздраженным.
«Все женщины сумасшедшие!» — объявил он с порога. — «Невозможно найти нормальную!» «Что случилось?» — спросил Мишка. «Встретил одну. Красивая, умная, с работой. Встречались месяц. Я объяснил ей, как должны строиться отношения. Знаешь, что она сказала?» «Что?» «Она сказала, что я ищу не женщину, а домработницу с функцией близости! Представляешь, какая наглость?» «Могу», — кивнул Мишка. «А другая сказала, что мне нужна мама, а не девушка! Какая грубость!» «Димка, ты не думал, что проблема может быть в твоих требованиях?» «Какая проблема?!» — возмутился он. — «Я предлагаю честные, равные отношения! Все пополам, никто никого не эксплуатирует!» «Все пополам — кроме домашних дел.» «Ну, женщины любят готовить!» — начал заводиться Димка. — «И убирать! Это их—» «Природа, да. Слышал.» В этот момент Настя вошла на кухню. Увидев Димку, она подняла брови. «О, привет», — сказала она. — «Как дела? Нашел себе новую жертву?» «Очень смешно!» — огрызнулся Димка. — «Вижу, ты тут устроилась!» «Устроилась?» — усмехнулась Настя. — «Я живу с мужчиной, который считает меня равной себе. Попробуй — может понравится.» «Я ищу равную!» — возразил Димка. «Ты ищешь удобную», — поправила Настя. — «Это разные вещи.» «Ладно», — вмешался Мишка. — «Удачи в поисках, Димка. Нам пора.» «Куда?» — спросил Димка. «В театр», — ответила Настя. — «Премьера.» «Кто платит?» — хитро спросил Димка. «А тебе-то что?» — удивился Мишка. Настя просунула руку ему под руку. «Пошли, а то опоздаем.» И Димка продолжал искать. Он искал женщину, которая была бы одновременно матерью, дочерью, любовницей и боевой подругой. Которая бы заботилась о нем, но не контролировала. Которая подчинялась бы, но была независимой. Которая бы обеспечивала себя, но не имела бы собственных нужд. И он удивлялся, почему все женщины оказывались «не теми».