— Дом ему понадобился! Целый год носа не показывал, только и ждал, когда отец помрёт, ни разу не помог, а теперь вдруг вспомнил про наследство! — кипел от злости Степан. — Ни дома, ни сада, ни клочка земли ты здесь не получишь! — Ох ты, сколько вас сразу! — Степан Ильич раскинул руки, будто хотел обнять всех разом. — Да вот, папа, решили на выходные к тебе заглянуть, — ответил сын Андрей, помогая детям выбраться из машины: Лиле, Антону и ещё одному мальчику — Ромке, сыну их друзей, который ехал следом на другой машине. С другой стороны автомобиля легко выпорхнула жена — Настя. — Здравствуйте, Степан Ильич! — она окинула взглядом сад и довольно улыбнулась. — Вижу, урожай обещает быть отличный. И груши, и яблоки! Сколько всего можно заготовить! — Да, Настенька, — кивнул старик, — погода в этом году радует. И вишни было полно. Я вам варенья наварил — потом заберёте. — Вот это прекрасно! — оживилась невестка, радуясь, что самой возиться не придётся. — А это кто ко мне пожаловал? — Степан, конечно, узнал внуков, но сделал вид, будто видит их впервые. — Дедушка, ты чего? — удивилась пятилетняя Лиля. — Я же твоя внучка! — Разве? — нахмурился он. — Моя внучка ещё маленькая и букву «р» не выговаривает. — Я уже выросла! И теперь умею! Смотри — р-р-р-р! — зарычала девочка, и все засмеялись. — Ну теперь вижу — точно моя! А это кто с тобой такие серьёзные господа? — прищурился дед. — Это Антон, мой брат! А это Ромка — наш друг! Ему тоже двенадцать, как Антону, — быстро объяснила Лиля. — Вот это да, настоящие мужики выросли! — похлопал их по плечам Степан. — Проходите в дом или в сад идите — там простор. Дети тут же убежали в сад, где стояли качели и было полно места для игр. — Пап, познакомься: это Иван и Даша, родители Ромки, — представил друзей Андрей. — Ты не против, если мы будем к тебе по выходным приезжать? Шашлыки пожарим, ты баньку затопишь. Договорились? — Конечно, договорились, — охотно согласился Степан. После смерти жены, которую он похоронил год назад, ему было одиноко. Ему уже исполнилось семьдесят, но он оставался крепким: сам работал в саду, копал огород, собирал урожай, делал заготовки — всё это потом увозил сын. Во всей деревне трудно было найти более хозяйственного и выносливого человека. Его ставили в пример. И дом у него был добротный, и баня отличная. Не каждый выдерживал тот жар, который он любил. Гостей Степан любил — с ними он чувствовал себя нужным. Поэтому всегда держал запас продуктов. Только вот гостей было немного — сын приезжал редко.
А теперь ещё и друзей привёз. — Степан Ильич, можно у вас дров взять? — спросил Иван, устанавливая мангал. — Конечно, можно. Только у меня поленья крупные — сейчас наколю помельче, — и ловко принялся за работу. — Вот это мастерство! — восхитился Иван. — Всю жизнь этим занимаюсь, — улыбнулся старик. Пока мужчины возились с мангалом, женщины накрывали стол, а Степан затопил баню. — Ильич, привет! — выглянул из-за забора сосед Василий. — Что за праздник? Народу-то сколько! — Иди своей дорогой, Василий, — отмахнулся Степан. — Сын приехал с семьёй и друзьями. — А, понятно… Ты тут теперь как прислуга — подай, принеси, не мешай? — усмехнулся сосед. — На готовенькое все приехали? — Василий, не начинай… — тихо сказал Степан. — Сын работает, занятой человек. Приехал — уже хорошо. — Ну да, отдыхать-то не работать! — хмыкнул тот и ушёл. Слова соседа задели старика, но он постарался не думать об этом. С тех пор каждые выходные двор наполнялся людьми: дети играли, взрослые жарили мясо и парились в бане. Так продолжалось несколько лет. Правда, никто ни разу не предложил помочь по хозяйству. Да Степан и не просил. Но однажды он заболел. Когда гости приехали, хозяин лежал в постели. — Андрюша, сынок… Настя… простите… что-то мне нехорошо… — говорил он, тяжело дыша. — Что случилось? Врача вызывал? — спросил Андрей, скрывая раздражение. — Был врач… сказал, переутомление… отдыхать надо… — Ну тогда отдыхай. Мы в другой раз приедем, — быстро решил сын и вывел всех на улицу. — Может, деду помощь нужна? — тихо спросил Ромка. — Какая помощь? Сказали же — отдыхать! Мы только мешать будем, — отмахнулся Андрей. Он с семьёй уехал. Иван с Дашей замялись. — Я всё-таки зайду, спрошу, — сказал Ромка. — Дед Степан, может, вам что-нибудь нужно? Мы можем привезти, — предложил он. — Нет, спасибо, Рома… Ничего не нужно… — старик едва сдержал слёзы. Чужой мальчик проявил заботу, а родной сын уехал. — Я оставлю номер. Если что — звоните, — сказал Ромка и ушёл. Вскоре он уехал учиться в другой город. Степан совсем ослаб. Сил не было, хотя ничего особо не болело. Сын приезжал ещё пару раз, а потом и вовсе перестал. Сад зарос, деревья гибли, плоды падали и пропадали. — Андрей, съезди бы к отцу, — как-то сказала жена.
— Может, его уже нет… Дом бы продали… — Зачем ехать? Я соседа попросил — позвонит, если что, — ответил он. А Степан всё ещё жил. С трудом ходил по дому, глядя на погибающий сад. — Похоже, и мой черёд скоро… — вздыхал он. Однажды утром его разбудил шум. — Дед Степан… ты жив? — услышал он. — Ромка?! — удивился старик. Парень вернулся. И с тех пор стал помогать: рубил дрова, чинил забор, приводил в порядок сад, топил баню. Старик ожил, стал выходить на улицу, радоваться жизни. И вот однажды приехал Андрей. Он ожидал увидеть умирающего отца — но навстречу вышел хоть и похудевший, но бодрый старик. — Каким ветром тебя занесло? — с усмешкой спросил Степан. — Ты… жив? — вырвалось у сына. — А ты что, думал — лежу уже? Хоронить приехал? — усмехнулся отец. — Я… хотел посмотреть на дом… и сад… — На мой дом? — прищурился Степан. И всё понял. — А ну пошёл отсюда! Он вспыхнул гневом: — Дом ему понадобился! Год не появлялся, ждал моей смерти, ни разу не помог! А теперь наследство захотел?! Он показал сыну кукиш: — Вот тебе! Ни дома, ни сада, ни клочка земли ты здесь не получишь! Сплюнул, развернулся и пошёл к дому, но на пороге обернулся: — Другому сыну всё оставлю! Не тебе! И даже не вздумай судиться — с того света достану! Он захлопнул дверь. — Кто там был? — выглянул из погреба Ромка, ремонтировавший лестницу. — Да так… чужой человек дорогу спрашивал, — ответил Степан. — И ты показал? — Нет, сынок… Я посоветовал ему сюда больше не возвращаться. И, кажется, это был правильный совет.