Оля! первая крикнула мать, бросилась в обнимку, поцеловала. Доченька моя дорогая! А я думала, ты не приедешь.
Оля, ты что, совсем про нас забыла? голос сестры звучал обиженно даже по телефону. Мама просила, чтобы ты пришла на её день рождения!
Оля крепче прижала трубку к уху, одновременно помешивая кашу в кастрюле. За спиной шуршал трёхлетний Саша, требуя внимания, а из детской доносился плач младшей дочери.
Катя, я же объясняла У Маши температура третий день не спадает. Как я могу сейчас ехать в Калугу?
А няню нанять? Или с мужем оставить? в голосе Кати слышалась растущая раздражённость. Мама так расстроилась, что ты не приедешь. Она всё утро спрашивала, когда же Оля приедет.
Оля почувствовала, как сжимается чтото в груди. Мать действительно ждала её, наверняка готовила любимые пирожки с капустой, доставала лучший сервиз. Но что она могла сделать?
Саша в командировке до среды, а с больным ребёнком в поезд не поедешь. Катя, пойми
Понимаю, понимаю! резко оборвала сестра. Всегда у тебя найдётся причина: работа, дети, муж. А мама уже семьдесят один, а ты в последний раз была у неё на Новый год.
Оля отставила кастрюлю, вытерла руки о фартук. Саша тянул её за подол, показывая сломанную машинку.
Мам, почини! пробормотал он.
Подожди минутку, солнышко, тихо произнесла Оля, потом снова взяла трубку. Катя, ты же знаешь, как тяжело мне выбираться. Двое маленьких детей, две работы, чтобы концы с концами свести
А я что, не работаю? вспылила Катя. У меня тоже дочь! Кате уже четырнадцать, сама за собой ухаживает. Но я нашла время, взяла выходной
У тебя одна дочьподросток, а у меня двое малышей! не выдержала Оля. Ты хоть представляешь, что значит оставлять трёхлетнего и новорождённого?
Ой, брось! Маше почти два года, какой новорождённый! сестра уже готовилась к серьёзной ссоре. Ты просто не хочешь ехать, вот и всё. Тебе удобно в Москве, в своей квартире отсиживаться.
Оля почувствовала, как внутри закипает. Удобно? Если бы Катя знала, как она метается между работой, детским садом, поликлиникой, магазинами. Если бы видела, как Оля встаёт в шесть утра, успевает накормить детей, собрать Сашу в садик, сама добирается до офиса, а вечером ещё мчится на вторую работу подрабатывает репетитором.
Катя, хватит! резко сказала Оля. Не надо мне рассказывать про удобство. Ты не знаешь, как я живу.
Знаю! Знаю очень хорошо! голос сестры стал ещё злее. Все знают, какая Оля молодец, как она в Москве устроилась, работает, зарабатывает. А мама одна в Калуге сидит, никто не вспоминает.
При чём здесь деньги?! И мама не одна, ты же рядом живёшь!
Ага, я рядом живу! Значит, всё на мне? Я и к врачу её вожу, и за продуктами хожу, и дома убираюсь, потому что сил уже не хватает. А московская принцесса раз в полгода соизволит позвонить!
Оля ощутила, будто её ударили по лицу. Раз в полгода? Она звонила каждую неделю! Правда, разговоры были короткими то дети не дают, то с работы торопится домой.
Я звоню, Катя. И не раз в полгода, а постоянно.
Звонить и приезжать разные вещи, отрезала сестра. Ладно, не буду тебя больше беспокоить. Маме скажу, что у тебя дела важнее её дня рождения.
Катя, подожди
Но сестра уже положила трубку.
Оля медленно повесила телефон, прислонилась лбом к холодной стене. Саша всё ещё стоял рядом, держа в руках сломанную машинку.
Мам, ты плачешь? спросил он, заглядывая в её лицо.
Нет, солнышко, просто устала немного, Оля взяла сына на руки, поцеловала в макушку. Давай посмотрим на твою машинку.
Но мысли были далеки от игрушки. В голове крутились слова сестры: «принцесса московская», «дела важнее мамы». Разве это так? Разве она действительно забыла о семье?
Вечером, когда дети наконец заснули, Оля села на кухне с чашкой чая. В квартире стояла тишина, лишь тикали часы. Она достала телефон, хотела позвонить Кате, но так и не решилась. О чём говорить? Сестра была зла, и, наверное, не зря.
Оля вспомнила, как в детстве они с Кате были неразлучны. Катя старше на четыре года, всегда защищала младшую сестру во дворе, помогала с уроками. Потом Оля пошла в московский университет, родители гордились: «Наша Оля в столицу поступила, умница!»
Катя тогда работала медсестрой в поликлинике, встречалась с Виктором, собиралась выйти замуж. Ей было двадцать три, она казалась Оле взрослой и самостоятельной. А Оля была лишь девочкой, впервые уезжавшей из дома.
Позже был институт, работа, знакомство с Сергеем, свадьба, рождение Саши, потом Маши. Жизнь крутилась, как карусель. Казалось, что дома всё попрежнему: мама здорова, Катя рядом, все друг друга видят.
Но всё изменилось. Мама постарела Оля заметила это при последнем визите. Руки её дрожали, походка неуверенна. И Катя Катя устала. По лицу, по вздохам, когда она рассказывала о маминых походах к врачам.
Она стала упрямой, говорила Катя, моющая посуду после ужина. Таблетки не хочет пить, говорит, что врачи ничего не понимают. Я ей объясняю, что давление надо контролировать, а она: «Да что ты понимаешь, ты же не врач!»
А что врачи говорят? спросила тогда Оля, качая на руках заплаканную Машу.
Обычное: возраст, береги себя, диета, таблетки, покой. Только где взять покой, если она всё время чтото делает? То пол моет, то бельё стирает. Я ей: «Мам, я приду, всё сделаю», а она: «Не надо, сама справлюсь».
Оля кивала, но не вникала в слова сестры. У неё самой было по горло дел: Саша только начал ходить в садик, часто болел, Машу надо было кормить по ночам, на работе авралы.
А теперь, сидя на своей кухне, Оля понимала: Катя была права. Пока она строила свою московскую жизнь, сестра одна тащила на себе всё: маму, свою семью, работу.
На следующий день Оля попросила соседку Галину Петровну посидеть с Машей несколько часов.
Конечно, дорогая, сразу согласилась пожилая женщина. Ты иди по делам, а я с малышкой посижу.
Сашу Оля оставила в продлёнке, а сама поехала в центр. В цветочном магазине купила большой букет белых роз мамины любимые. Затем зашла в кондитерскую за тортом «Наполеон» тоже её любимое.
Дома быстро собрала сумку: сменную одежду, детское питание, лекарства. Если ехать, то всем вместе. Саша уже достаточно большой, чтобы перенести дорогу, а у Маши температура спала.
Вечером позвонила Сергею, который был в командировке.
Серёж, я завтра с детьми в Калугу еду. На день рождения мамы.
А как же Маша? Ты же говорила, что она болеет.
Лучше стала. А если что, в Калуге тоже врачи есть. Катя медсестра, поможет.
Нин, а может, не стоит? в голосе мужа звучала тревога. Длинная дорога с детьми, устанешь.
Серёжа, я должна. Понимаешь? Должна.
Муж помолчал, потом тихо сказал:
Понимаю. Езжай, только осторожно. Позвонишь, как доедете?
Обязательно.
Утром, собираясь, Оля нервничала. Саша капризничал, не хотел одеваться. Маша всю ночь плохо спала, была вялая. А вдруг действительно не стоило ехать? В дороге ребёнку станет хуже?
Но отступать было поздно. Оля вызвала такси до вокзала, погрузила детей, сумки, коляску. В поезде Саша сначала восторженно разглядывал пейзажи, потом заскучал и начал хныкать. Маша спала на руках, а Оля боялась пошевелиться.
К Калуге добрались к обеду. На вокзале их уже ждала Катя с мамой. Оля увидела их издали и поняла, что правильно сделала, что приехала. Мама выглядела такой радостной, такой счастливой! А Катя смотрела удивлённо, даже растерянно.
Оля! первая крикнула мать, бросилась в обнимку, поцеловала. Доченька моя дорогая! А я думала, ты не приедешь. Катя сказала, что у тебя дела важные.
Мам, никаких дел важнее тебя нет, Оля крепко прижала к себе маму, почувствовала её хрупкость. Прости, что так долго не была.
Да что ты, солнышко! мама отстранилась, посмотрела на внуков. Ох, какой же Максим вырос! А Машенька какая красивая! Катя, помоги сестре с вещами.
Катя подошла, молча взяла одну из сумок. Сёстры переглянулись, и Оля увидела в глазах Кати благодарность.
Спасибо, что приехала, тихо сказала Катя.
Спасибо, что всё это время была рядом с мамой, ответила Оля.
Дома мама суетилась, накрывала стол, доставала угощения. Саша мчался по квартире, радуясь новому пространству и игрушкам, которые бабушка хранила для его приездов. Маша сидела на коленях у Кати и серьёзно разглядывала тётю.
Похожа на тебя в этом возрасте, сказала Катя Оле. Такая же серьёзная была.
А на тебя, Саша, похож. Такой же непоседа, улыбнулась Оля.
За столом мама не переставала говорить, расспрашивая о московской жизни, о Сергее, о работе. Радовалась каждой мелочи: как Саша научился считать до десяти, как Маша начала говорить первые слова.
А помнишь, Оля, как ты в детстве всё время спрашивала «почему»? смеялась мама. «Почему солнце жёлтое? Почему дождь мокрый?» Катя уже устала отвечать, а ты всё спрашивала.
Я помню, тихо сказала Катя. И помню, как ты плакала, когда Оля в Москву поступила. Говорила: «Как же я без неё буду?»
А теперь как всё хорошо устроилось, довольна кивнула мама. И у Оли семья хорошая, и у Кати. И внуки растут.
Вечером, когда дети спали, сёстры сидели на кухне, пили чай. Мама легла рано устала от дневных волнений и радости.
Оля, как ты дорогу перенесла? спросила Катя. Тяжело было с детьми?
Нормально. Саша капризничал, но ничего. А ты Оля помолчала, подыскивая слова. Ань, я не знала, что мама так изменилась, что ей тяжело стало.
Ну возраст, пожала плечами Катя. Она ещё держится, но уже не та. Помнишь, какая она была энергичная? Всё успевала, всех кормила, за всеми ухаживала.
А теперь за ней надо ухаживать, тихо сказала Оля.
Да. И знаешь что Катя отставила чашку, посмотрела на сестру. Мне иногда тяжело одной. Не физически, а морально. Ответственность такая. А если чтото случится, если я чтото не так сделаю
Ань, ты всё правильно делаешь. Я видела, как мама на тебя смотрит. Она тебе доверяет, спокойна, когда ты рядом.
Но мне хотелось, чтобы и ты была. Хоть иногда. Не постоянно, понимаю, у тебя своя жизнь. Но чтобы чтобы мы вместе всё это несли.
Оля кивнула. Она понимала и свою вину, и усталость сестры, и то, что мама действительно нуждается в обеих дочерях.
Я буду приезжать чаще, сказала она. Обещаю. Не только на праздники, а просто так, хотя бы на выходные.
А как же работа? Дети?
Найду способ. Дети подрастут, станет легче. А работу иногда можно взять отпуск.
Катя улыбнулась, впервые за день искренне.
Знаешь, Оля, сегодня было так хорошо. Как в детстве, когда мы все вместе были. Помнишь, как мама пирожки пекла, а мы ей помогали?
Помню. Ты тесто месила, я начинку готовила.
А потом всей семьёй за столом сидели, смеялись, разговаривали, Катя замолчала. Хочется, чтобы и наши дети это помнили, чтобы у них были такие воспоминания.
Будут, твёрдо сказала Оля. Я постараюсь, чтобы были.
На следующий день они все вместе пошли в парк. Мама медленно шла по аллее, опираясь на руку Кати. Саша бегал вокруг, собирал листья, а Оля везла в коляске Машу. Обычная семейная прогулка, которой могло быть много, если бы Оля приезжала чаще.
Давайте сделаем фотографии, предложила Катя. На память.
Они позировали у фонтана, на скамейке, возле детской площадки. Мама смеялась, когда Саша корчил рожицы, и просила ещё снимков.
Пришлёшь мне потом, Катя? спросила она. Хочу все фотографии иметь.
Конечно, мам. И Оле тоже пришлю.
Вечером, укладывая детей спать, Оля думала, как быстро прошли эти два дня. Завтра утром им надо было возвращаться в Москву, но уже сейчас она планировала следующий визит.
Мы ещё приедем к бабуле? спросил Саша, когда мама укрыла его одеялом.
Конечно, солнышко. Скоро приедем.
А тётя Катя будет?
Будет. Тётя Катя всегда рядом с бабулей живёт, заботится о ней.
Как ты заботишься о нас?
Так, примерно.
Саша кивнул, закрыл глаза. Оля ещё долго сидела, размышляя, что забота это не только ежедневные хлопоты. Это также присутствие, знание, что ты не один, что есть люди, которым ты дорог.
Утром, прощаясь, мама плакала.
Не плачь, мамочка, Оля обняла её, не желая отпускать. Я скоро приеду, точно приеду на майские праздники.
Хорошо, доченька. Только береги себя, детей.
Берегу. И тебя тоже. Если что звони, не стесняйся.
Аня у меня золотая, мама посмотрела на старшую дочь. Что бы я без неё делала.
На вокзале Катя помогла донести вещи, устроить детей в вагоне.
Оля, спасибо ещё раз, что приехала, сказала она. Для мамы это многое значит.
И для меня тоже, ответила Оля, обняв сестру. Давай чаще говорить по телефону, не только когда проблемы, а просто так.
Давай. Мне бы тоже понравилось.
В поезде Оля смотрела в окно на проносящиеся поля и думала, что семья это не только общие гены и фамилия. Это общая ответственность, радость, память. Не важно, сколько километров разделяет, важно не терять связь, не давать ей рваться от повседневных забот.
Саша уснул, положив голову маме на плечо. Маша сидела рядом, наблюдая за другими пассажирами. Оля строила планы: как организовать следующую поездку, как чаще звонить, как сделать так, чтобы расстояние не казалось таким большим.
Дома их встретил Сергей, вернувшийся из командировки раньше.
Как поездка? спросил он, помогая разгрузить сумки.
Хорошо, улыбнулась Оля. И знаешь что, Серёж? Думаю, нам надо чаще ездить туда всей семьёй.
Если считаешь нужным, поедем, поцеловал её в щёку. Я не против.
Вечером, когда дети спали, а Сергей смотрел телевизор, Оля позвонила Кате.
Как мама? Не устала?
Нет, хорошо. Всё рассказывает соседкам, какие у неё внуки замечательные. А сама такая довольная, будто помолодела.
А ты как? Не устала от нас?
Катя рассмеялась:
Наоборот. Мне было легче, когда не одна со всем этим, а вместе совсем иначе.
Понимаю. Я постараюсь, чтобы так было чаще.
Спасибо, Оля.
После разговора Оля ещё долго сидела на кухне, листая фотографии, которые Катя уже успела переслать. На всех снимках мама улыбалась искренне, радостно. А рядом две дочери, такие похожие и такие разные, но одинаково любящие её.
И Оля поняла: обида прошла не потому, что она приехала и всё исправила, а потому что они с Катею наконец поговорили, поняли друг друга. Теперь они не две отдельные дочери, а одна команда, которая будет вместе заботиться о маме, поддерживать друг друга и делить ответственность.
Такой вывод учит: семейные узы крепче, когда их поддерживают не словом, а делом, а любовь проявляется в готовности быть рядом, даже если путь длинный. Это и есть истинное счастье.
Оцените статью