Не трогай меня! Убери руки! Ааа! Люди, помогите! громко вопила девушка.
Злата бросилась на помощь, но поскользнулась в луже, подвернула ногу и чуть не упала. Пока она поняла, в чём дело, та девушка уже убежала. Опрокинув своё грязное пальто, Злата подняла глаза и увидела совсем пожилого мужчину, который валялся на дороге в грязи, пытался подняться, но руки у него были в крови. Именно он испугал крикуну. Было осеннее облачное утро в Подмосковье, только что прошёл дождь, и начинали сгущаться сумерки.
Старик урчал чтото нечленораздельное, тянул к ней окровавленные руки. Злата стало не по себе.
Да он пьяный! Держись от него подальше! крикнула женщина, проходившая мимо, бросив в сторону старика свой сложенный зонт, будто защищаясь. Сделав пару шагов, она обернулась к Злате.
Что, стоишь? Тебе проблем мало? Алкаш за бутылку всё готов, тьфу, пробормотала она и пошла дальше к жилым домам, где зажглись фонари.
Там, где лежал старик, стоял пустырь, рядом бетонный забор с колючей проволокой. Злата знала, что за ним находится территория завода. На ветру шевелились ветви высоких тополей. С каждой минутой темнело.
Мм мм продолжал урчать старик.
Вам плохо? Может, вызовем скорую? робко спросила Злата, боясь подойти ближе. Мужчина лишь отрицательно качнул головой и снова замычал, показывая на пакет, валявшийся рядом в грязи. Был он хрупким, весьма старым.
Злате стало его жалко. Вспомнила бабушку, которая учила не проходить мимо чужой беды. Но уже перед своей кончиной она говорила иначе: «Помогая, можешь попасть в суд, ты же не врач. Лучше вызвать скорую, а то сам наврежешь». Тем не менее Злата решила действовать.
Она шагнула к старику, наклонилась над ним. Он с новой силой замычал и протянул окровавленные руки, в правой руке держал крупные осколки бутылки.
Слезы навалились от жалости. Злата достала из сумки пачку влажных салфеток, вытрела ему руки и выбросила осколки в урну, а потом помогла встать. Это было непросто, но она справилась.
Слава Богу, руки у меня крепкие пробормотала она. Куда идём? Где вы живёте?
Старик снова замычал, держась за ноги, и Злата вновь задумалась, не пьёт ли он. Всё равно решила помогать на улице холодно, а в грязи он может простудиться.
Где вы живёте? повторила она.
Дедушка указал в сторону светящихся домов. Он шёл очень медленно, почти скользя ногами.
Злата заметила, что в его руках пакет с хлопающими в такт шагов стеклянными бутылками.
Наверно хотел их сдать, а упал и порезался, подумала она, поддерживая его.
Они дошли до одного из домов, где старик опять замычал и махнул руками. Злата поняла, что это его квартира.
Домофон растерялась она. А код-то знаете?
Дедушка показал пальцами: то три, то один.
Тридцать один? Тринадцать? запиналась Злата, но всётаки нажала цифры. С первого звонка прозвучал женский голос.
Тут дедушка начала Злата, не зная, правильно ли попала в квартиру.
Я спущусь! крикнула женщина, и через несколько секунд дверь открылась. В дверях стояли женщина лет тридцати и мужчина примерно того же возраста.
Дедушка! воскликнула женщина, обняв старика. Спасибо вам огромное!
Она обратилась к Злате:
Спасибо и вам! сказала Полина, а её муж Игорь взял дедушку под руку и повёл в подъезд.
Подождите минутку, я сейчас! сказала Полина, удерживая дверь.
Злата стояла, глядя на новый двор, где рядом с домами были небольшие магазинчики. Она часто проходила мимо этих зданий, бегая к тренировкам в фитнесцентр по той же дорожке.
Вот! крикнула Полина, протягивая Злате свёрток. Я собрала яблоки, отличный сорт, сладкие, ароматные. Дедушка ещё в молодости садил яблони.
Не надо, смутилась Злата. Вашему дедушке лучше раны промыть, может, в травмпункт сходить. А яблоки я возьму, если захотите, но я просто помогла чуть-чуть.
Не чуть-чуть, вздохнула Полина. Меня зовут Полина, муж Игорь, а дедушка Василий Петрович. Он ветеран Великой Отечественной войны. Есть минутка? Я расскажу, почему мы вам так благодарны.
Злата кивнула, готовая слушать.
Василий Петрович недавно отпраздновал столетний юбилей, гордо сказала Полина. Когда он попал в плен, умышленно порезал себе язык, чтоб не проговориться. После спасения язык сильно воспалился, в госпитале удалили большую часть, и теперь он почти безмолвен.
Он совсем не пьёт, продолжила Полина. Вы, наверное, подумали, что он алкоголик изза речи. Однажды зимой он упал и пролежал на дороге несколько часов, потому что никто не захотел помочь. Застыл, сильно простудился.
Зачем вы его оставляете одного? возмутилась Злата.
Мы его не отпускаем, улыбнулась Полина. Он сам уходит. Мы пытались его удержать, но он упрям. Это мой дедушка, мамин папа. Мы живём с Игорем в его квартире, когда только поженились. У нас дочка Дарина, маленькая. Однажды она споткнулась на той же дорожке и порезалась осколками бутылки, швы накладывали, шрам остался. Здесь, рядом, стоят дома, готовящиеся к сносу, и оттуда иногда собираются компании, пьют, бросают стекло. С тех пор наш дедушка собирает осколки, чтоб никому больше не повредиться. Делает это каждый день, без выходных.
Слушая Полину, Злата подумала, как хорошо, что решила помочь. Ведь многие прошли бы мимо, думая, что он просто алкоголик.
Мы уже начали волноваться, искали его, а телефон дома забыли, и тогда вы позвонили в домофон. Мы не могли поверить, что он найден! сказала Полина. Он уже плохо ходит, купили ходунки и трость, но он отказывается, всё делает сам. Настоящий боец!
Злата вспомнила своего дедушку, тоже ветерана, прошедшего Берлин, потом перенёсшего инсульт, парез руки, но всё равно умел чинить огород левой рукой, даже крышу сарая ремонтировать без посторонней помощи. Бабушка часто ругал его за нецензурщину, но он всё равно говорил свои «крепкие» слова.
Выйдя из подъезда, Злата взяла пакет с яблоками, чтобы не обидеть Полину, и шла домой, ощущая тепло от воспоминаний. Как приятно, когда родные заботятся друг о друге. Даже если ктото выглядит «бомжевато» и не в форме, для своих он всё равно любимый дедушка, а мы должны быть добрее и внимательнее.