Её бывший муж посадил её за решётку и забрал бизнес. Когда она вышла на свободу, отомстила — элегантно и безжалостно. За окном офиса на двадцать третьем этаже разыгрывалась настоящая симфония ненастья. Плотные потоки дождя неустанно стучали по прочному стеклу, скатывались по нему странными извивающимися ручейками, спеша вниз и сливаясь в единую мутную реку. Артём Воронов откинулся на спинку массивного кожаного кресла, на его губах играла едва заметная, но чрезвычайно довольная улыбка. Он следил за водяными дорожками, и каждая из них казалась ему дорогой к успеху, к тому самому триумфу, который уже был так близко. Завтра должен был стать кульминацией всех его усилий — подписанием контракта на сумму, от которой у многих конкурентов перехватило бы дыхание. А послезавтра… послезавтра его ждали белый песок, ласковые океанские волны и завораживающий взгляд молодой спутницы. «София!» — уверенно прозвучал его голос, легко перекрыв шум дождя. — Кофе, пожалуйста! Дверь офиса открылась бесшумно, и на пороге появилась стройная фигура молодой женщины с черными, как смоль, волосами. Её лицо осветила тёплая, лучезарная улыбка, появлявшаяся всякий раз, когда начальник обращался к ней с такой изысканной простотой. — Артём Сергеевич, в прошлый раз вы говорили, что от кофе у вас начинает пульсировать висок. Может, зелёный чай будет лучше? — Её голос был мягким, почти заботливым. — Да, точно, ты как всегда внимательна. Чай, — кивнул мужчина, оценивающе скользнув взглядом по девушке. Она была прелестна, совсем не похожа на ту, что ждала его дома. Мысли о Лике его только раздражали. В последнее время она стала просто невыносима с намёками, разговорами о будущем, о семье. Артём усмехнулся про себя. Лика явно переоценивала свою значимость. Сколько раз приходилось терпеливо объяснять, что сейчас, на самом пике карьеры, связывать себя обещаниями — верх глупости? Деловые партнеры слишком хорошо помнили его прежний брак — тот громкий, скандальный развод. Кто в здравом уме сразу после того, как бывшая жена попала за решётку по его инициативе, бросится жениться на любовнице? И всё же мысли о бывшей жене были как глоток холодного воздуха в уютно натопленной комнате. Артём поморщился, пытаясь отогнать назойливый образ милой, улыбающейся блондинки, когда-то смотревшей на него с обожанием и безграничной верой. Всё это осталось в далёком прошлом, стёрлось, как ручейки дождя на стекле окна.
Теперь у него была «СтройГарант» — мощная, процветающая компания, приносящая миллионы. Правда, основал её не он. Фирма была построена с нуля отцом Вероники, той самой бывшей жены, память о которой он так старательно стирал. Но имеет ли это теперь значение? Важно не кто заложил первый камень, а кто сейчас твёрдо стоит у руля. А у руля был он — Артём Сергеевич Воронов, человек, имя которого стало синонимом успеха, человек, у которого всё получается. И действительно, всё у него получалось. Осваивать бюджетные средства по сомнительным муниципальным контрактам, находить лазейки для незаконного приобретения лакомых участков земли, мягко и тихо устранять надоедливых конкурентов — всё это он делал с завидной регулярностью. Конечно, связи помогали, но чаще всего выручала простая, почти сказочная удача. Казалось, сама судьба решила закрыть глаза на все его мелкие и не очень грехи, дарив ему что-то вроде неприкосновенности. — Простите за беспокойство, Артём Сергеевич, — снова заглянула в кабинет София. — К вам просится посетитель. Без записи. Представился Марком Беловым. Говорит, что вы знакомы. Улыбка мгновенно исчезла с лица Воронова. Марк. Призрак прошлого, появившийся из ниоткуда. Тот самый парень, которого когда-то Вероника любила больше жизни. Тот самый, которого Артём так ловко подставил накануне их собственной свадьбы, незаметно что-то подлив в стакан, а после устроил серию компрометирующих фото в одном из ночных клубов. — Пусть войдёт, — выдавил Артём, машинально проводя рукой по идеально уложенным волосам. Вошедший в офис мужчина выглядел на удивление молодо и спортивно. Широкие плечи, безупречная осанка, ясный и твёрдый взгляд. Тёмно-синий костюм сидел на нём словно сшитый лучшим портным города. Артём невольно почувствовал, как напряглась его челюсть. Марк всегда выглядел лучше, как-то по-настоящему основательно. Именно его выбрала бы тогда Вера, если бы не та давняя, тонко подстроенная ловушка. — Марк, сколько лет, сколько зим! — Артём притворно обрадовался и протянул руку. — Что тебя привело?
— Я пришёл попросить тебя об одолжении, — Марк пожал протянутую руку и устроился напротив в кресле. — Ситуация довольно необычная. Воронов внутренне напрягся. Обычно такие просьбы сулили разговоры о деньгах или о покровительстве. Внешне он ничем себя не выдал, сохраняя дружелюбную маску. — Что случилось? Какая-то проблема? — Мне нужно, чтобы ты помог устроить человека на работу. Хоть уборщицей, хотя бы, — Белов говорил ровно и спокойно, но в голосе его скользила лёгкая, едва заметная неловкость. — Сейчас у меня, как ты знаешь, деликатный период. Я обручен — притом очень выгодно. Невеста у меня с характером, она даже камеры наблюдения в моём офисе по своей инициативе установила. Я боюсь дать ей любой, даже малейший, повод для сомнений или сцен. — Подожди, — Артём искренне удивился. — Я не понимаю. При чём тут уборщица? Марк немного помедлил, поправляя идеально завязанный галстук. — Она родственница одной моей… назовём её давней знакомой. Если я возьму её к себе, это всё равно что подписать себе приговор — будущая жена сразу начнёт задавать неудобные вопросы и копаться. Я хочу, чтобы всё это было как можно дальше от меня. Надеюсь, ты меня поймёшь. На лице Воронова расплылась широкая, удовлетворённая улыбка. Вот так поворот! Оказывается, идеалист Марк был вовсе не так безупречен, как все думали. Сидит перед ним, явно неловко, потому что женщины загнали его в угол. Настоящая комедия нравов. — Конечно, Марк, помогу. Для хороших людей у нас всегда найдётся местечко… Продолжение в комментариях За окнами офиса на двадцать третьем этаже бушевала настоящая симфония грозы. Плотные потоки дождя неустанно барабанили по прочному стеклу, расходясь в причудливые, извилистые ручейки, которые стремительно стекали вниз, сливаясь в единый грязный поток. Артём Воронов откинулся на спинку массивного кожаного кресла, на его губах играла едва заметная, но крайне довольная улыбка. Он наблюдал за дорожками воды, и каждая казалась ему дорогой к успеху, к тому самому триумфу, что был уже так близко.
Завтра должно было стать кульминацией всех его усилий — подписание контракта на сумму, от которой у многих конкурентов перехватило бы дыхание. А послезавтра… послезавтра его ждали белые пески, ласковые волны океана и прелестные глаза его юной спутницы. «София!» — раздался его уверенный голос, легко перекрывая шум дождя. «Мой кофе, пожалуйста!» Дверь в офис открылась бесшумно, и на пороге появилась стройная фигура девушки с чёрными как смоль волосами. Её лицо озарила тёплая, лучезарная улыбка, появлявшаяся каждый раз, когда начальник обращался к ней с такой отточенной простотой. «Артём Сергеевич, в прошлый раз вы сказали, что от кофе у вас начинает пульсировать висок. Может быть, предпочитаете зелёный чай?» — её голос был мягким, почти заботливым. «Да, верно, ты как всегда внимательна. Чай», — кивнул мужчина, взгляд скользнул по девушке лёгким, оценивающим взглядом. Она была прелестна, совсем не похожа на ту, что ждала его дома. Мысли о Лике вызывали у него лишь раздражение. В последнее время она стала просто невыносима со своими намёками, разговорами о будущем, о семье. Артём усмехнулся про себя. Лика явно переоценивала свою значимость. Сколько раз можно терпеливо объяснять, что сейчас, на самом пике карьеры, связывать себя браком — верх глупости? Его деловые партнёры отлично помнили его прежний брак, тот громкий, скандальный развод. Кто, ради всего святого, рискнул бы жениться на любовнице сразу после того, как бывшая супруга оказалась за решёткой — особенно если это произошло по его собственной инициативе? Тем не менее, мысли о бывшей жене были как глоток холодного воздуха в уютно обогретой комнате. Артём поморщился, стараясь отогнать навязчивый образ милой улыбающейся блондинки, которая когда-то смотрела на него с безграничным восхищением и верой. Всё это осталось в далёком прошлом, стёрлось, как дождевые полосы на окне. Теперь у него была «СтройГарант» — мощная, процветающая компания, приносящая миллионы. Правда, основал её не он. Фирму с нуля построил отец Вероники — той самой бывшей жены, память о которой он так старался стереть из головы. Но имело ли это значение сейчас?
Важно не кто положил первый камень, а кто теперь уверенно стоит у руля. А у руля был он — Артём Сергеевич Воронов, человек, чьё имя стало синонимом успеха, человек, у которого всё складывалось. Действительно, он многое умел. Он знал, как «осваивать» бюджетные средства на сомнительных муниципальных контрактах, как находить лазейки для незаконного приобретения желанных земельных участков, как мягко и тихо устранять назойливых конкурентов со своего пути — всё это с завидной регулярностью проходило сквозь его руки. Конечно, помогали наработанные связи, но чаще его спасала простая, почти сказочная удача. Как будто сама судьба решила закрыть глаза на все его большие и малые грехи и даровать ему неприкосновенность. «Извините, что отвлекаю, Артём Сергеевич», — снова показалось лицо Софии в дверном проёме. «К вам просится посетитель. Без записи. Представился как Марк Белов. Говорит, вы знакомы.» Улыбка мгновенно исчезла с лица Воронова. Марк. Призрак из прошлого, появившийся как будто из ниоткуда. Тот самый парень, которого Вероника когда-то любила больше жизни. Тот, кого Артём так элегантно подставил накануне собственной свадьбы, незаметно подсыпав что-то в его бокал, а потом устроив серию компрометирующих фотографий в одном из ночных клубов. «Впусти его», выдавил из себя Артём, невольно проводя ладонью по безупречно уложенным волосам. Мужчина, переступивший порог кабинета, выглядел удивительно молодо и подтянуто. У него были широкие плечи, безупречная осанка и ясный, уверенный взгляд. Тёмно-синий костюм сидел на нём так, словно его шил лучший портной специально для него. Артём почувствовал, как его челюсти непроизвольно сжались. Марк всегда выглядел лучше и как-то основательнее, цельнее. Именно его когда-то выбрала бы Вера, если бы не то давнее, блестяще исполненное надувательство. «Марк, сколько лет, сколько зим!» — Артём изобразил на лице лёгкую радость и протянул руку. «Что тебя привело?» «Я пришёл с просьбой», — Марк пожал протянутую руку и удобно устроился в кресле напротив. «Ситуация несколько необычная.» Воронов внутренне напрягся. Обычно такие вступления предшествовали разговору о деньгах или о небольшой «протекции». Внешне же он ничего не выдал, сохранив дружелюбную маску. «В чём дело? Что-то случилось?» «Мне нужна помощь устроить одного человека на работу. Даже уборщицей подойдёт», — Белов говорил ровно и спокойно, но в его интонации чувствовалась едва заметная неловкость.
«Ты знаешь, у меня сейчас деликатный период. Я обручен—и очень выгодно, замечу. У невесты непростой характер; по её настоянию в моём офисе даже были установлены камеры наблюдения. Я боюсь дать ей какой-либо, даже малейший повод для сомнений или скандала.» «Погоди», — Артём моргнул с искренним непониманием. «Я не понимаю связи. Причём тут уборщица?» Марк немного замялся, поправив идеально завязанный галстук. «Она родственница моей… ну скажем, давней знакомой. Если я возьму её к себе в офис, это будет всё равно что подписать себе смертный приговор—моя будущая жена начнёт задавать неудобные вопросы, копаться. Я хочу, чтобы всё это было как можно дальше от меня. Надеюсь, ты понимаешь.» Лицо Воронова расплылось в широкой, довольной улыбке. Вот это поворот! Оказалось, что идеалист Марк не так уж безупречен, как все думали. Вот он сидит, явно не в своей тарелке, потому что женщины загнали его в угол. Настоящая комедия нравов. «Конечно, Марк, я помогу. Для хорошего человека у нас всегда найдётся место.» «Я должен тебя сразу предупредить,» — Леонов понизил голос до почти доверительного шёпота, — «она неприятный человек. Ни внешностью, ни характером не отличается. У неё сильное заикание, сутулая спина, ей тяжело двигаться. И есть пятно в прошлом — судимость.» «Судимость?» — Артём насторожился, в его глазах мелькнула искра беспокойства. «Ничего серьёзного, полный пустяк», — Марк отмахнулся от вопроса словно от назойливой мухи. «Но ты понимаешь, моя дама тут же начнёт выяснять, откуда у меня появилась сотрудница с таким прошлым. Согласен?» «Конечно, согласен.» Они попрощались, обменявшись парой ничего не значащих фраз о поддержании связи. Но Марк больше так и не появился на пороге его кабинета. Зато ровно через неделю в штате СтройГаранта появилась новая сотрудница — женщина по имени Стелла. Артём не стал утруждать себя изучением документов новой сотрудницы. Он бросил папку с её личным делом Ларисе, сотруднице отдела кадров, и коротко приказал оформить всё как положено. Глаза Ларисы удивлённо расширились за очками, но она не решилась спорить с руководством. Воронов впервые увидел Стеллу в длинном офисном коридоре. Он направлялся на важную встречу, когда краем глаза заметил сгорбленную, полноватую фигуру в халате, выстиранном до тусклого серого цвета, и в таком же унылом платке, прикрывающем тонкие, бесцветные волосы. Женщина старательно оттирала свежую грязную пятно на блестящем полу. Заметив приближающегося начальника, она с трудом выпрямилась и проблеяла, с усилием произнеся слова сквозь заикание: «А-а-артём С-С-Сергеевич, д-д-добрый д-д-день.» Её лицо было одутловатым, с нездоровым красноватым оттенком кожи. Артём почувствовал лёгкое, почти инстинктивное отвращение, но кивнул с нарочито покровительственной улыбкой. «Ну как тебе здесь, Стелла? Всё в порядке?» «О-о-отлично, с-спасибо.»
Она неуклюже отступила в сторону, освобождая проход, и мужчина заметил, что она явно волочит одну ногу. «Господи, Марк», — фыркнул он про себя. — «Надеюсь, твоя невеста хотя бы немного симпатичнее своей горбатой родственницы.» Сотрудники быстро придумали несколько насмешливых, но метких прозвищ для новой уборщицы. «Карлик-Нос», «Горбунья из Нотр-Дама» — по коридорам доносились приглушённые смешки. Пошли слухи, что её выгнали из бродячего цирка за медлительность, или что она сбежала из исправительной колонии. Самые любопытные даже пытались найти логическое объяснение тому, почему их суровый и требовательный начальник вдруг решил потратить деньги на такую жалкую сотрудницу вместо того, чтобы взять еще одну красивую стажёрку. Но вскоре все привыкли к хромающей сгорбленной женщине, которая безмолвно, словно тень, скользила по коридорам, мыла плитку, выносила мусор и вытирала пыль. Стелла словно стала частью интерьера — серой, незаметной, безликой, как предмет мебели. Юбилей компании обещал быть по-настоящему грандиозным событием. Десять лет с основания СтройГаранта — дата, достойная самого широкого размаха. Артём не жалел средств, выделяя огромный бюджет на подготовку. Арендовали самый роскошный банкетный зал города, пригласили знаменитостей и заказали изысканное меню у лучших кейтерингов. Воронов порхал между столами, сияя, принимая бесконечные поздравления гостей. Завтра — долгожданные подписи на заветном многомиллионном контракте, а послезавтра — долгожданный вылет на Бали. София уже заранее собрала чемоданы; он заметил, как та втайне, с мечтательной улыбкой, смотрела фото бескрайнего океана и пальмовых рощ на телефоне. «Друзья, коллеги, партнёры — поздравляем!» — воскликнул ведущий вечера, известный телеведущий. «Поздравляем весь дружный коллектив компании и, конечно, поздравляем человека, который уверенно ведёт этот корабль к успеху — Артёма Сергеевича Воронова!» Зал взорвался оглушительными аплодисментами. Артём изящно поднялся, слегка помахав рукой публике. У него немного кружилась голова от дорогого шампанского и сладкой музыки бесконечных комплиментов. «А теперь, дорогие гости, давайте вместе оглянемся на нашу историю!» — торжественно провозгласил ведущий и подал сигнал техникам. «Давайте посмотрим, с чего всё начиналось и каких высот компания достигла сегодня!» Огромный экран позади ведущего ожил. Артём откинулся на спинку кресла, чувствуя приятную усталость от всего внимания. Он лично проверил презентацию, тщательно вымарав из неё все упоминания о Веронике и её отце. Там были только фотографии успешных стройплощадок, сияющие лица довольных клиентов, сверкающие стеклом и бетоном здания… Но на гигантском экране появилось совсем другое.
Документы. Десятки, сотни отсканированных документов. Незаконные сделки, аккуратно подделанные подписи, фальшивые контракты и счета. Откровенная переписка с подставными фирмами. Многочисленные квитанции о получении крупных сумм — простые, неоспоримые взятки. Сложные, запутанные схемы отмывания денег, siphoning средства со счетов муниципалитета. « Что это?! » Артём вскочил так резко, что его тяжёлый стул с грохотом опрокинулся. « Что это?! Кто посмел?! » « Это не что, а кто», — послышался спокойный, но до боли знакомый женский голос из-за спины, из света проектора. Голос, от которого по его спине пробежал ледяной холод. « С годовщиной, Артём. » Из ослепительного света проектора вышла фигура. Та же самая неприметная уборщица в выцветшем сером халате и платке. « Ты?! » — Артём начал задыхаться, его лицо залилось густым румянцем ярости. « Как ты… Где… Как ты смеешь?! » Волнa испуганных, ошеломлённых шёпотов прокатилась по залу. Гости замерли, поражённо глядя на доказательства, появившиеся на экране. Воронов в ужасе вспомнил, как не раз заставал Стеллу в своём служебном кабинете. Она убиралась там по вечерам, когда он уже был дома… Марк Белов уверенно подошёл к уборщице. Он галантно подал ей руку, словно джентльмен, помогающий даме выйти из кареты. « Здесь мы собрали доказательства всех твоих незаконных операций за последние годы», — начала женщина ровно, чётко, безо всякого следа прежнего заикания. « Но можешь быть уверен — я сделаю всё, чтобы вернуть себе доброе имя. И имя моего отца. » « Кто ты?! » — взревел Артём, теряя последние остатки самообладания. « Это подлая клевета! Я тебя уничтожу! Я подам на тебя в суд! » « Ты уже раз меня судил», — только фыркнула женщина, и в этом звуке было столько презрения, что зал снова ахнул. Воронов сам ахнул, когда Стелла вдруг выпрямилась во весь свой неожиданно высокий рост, с явным удовольствием потягиваясь, словно человек, сбросивший тяжёлое бремя. Резко сорвала грязный рабочий халат. Сдёрнула парик — из-под него рассыпались густые пшенично-русые волосы. Затем она начала снимать со своего лица специальный грим и силиконовые накладки, стаскивая их, как вторую, уродливую кожу. Перед потрясёнными гостями стояла Вероника. « Как многие из здесь присутствующих знают», — её голос прозвучал твердо и металлично на весь зал, — « я основательница компании StroyGarant. Фирмы, которую создал мой отец, а я с любовью развивала, вкладывая душу в каждый проект, в каждое построенное здание. А перед вами мой бывший муж и его нынешняя возлюбленная, которые подлыми обманом и фальсификациями подставили меня и отправили в тюрьму. Тогда им это удалось.
Но теперь пора свести старые счёты.» Она повернулась к лишённому дара речи, охваченному ужасом Артёму. « Благодаря тебе у меня было предостаточно свободного времени за решёткой. Думаю, тебе будет приятно узнать, что я думала почти исключительно о тебе. Точнее — как вернуть всё, что ты у меня забрал. » « Ты… Ты ещё не должна была выйти!» — заикаясь, выпалил он, брызжа слюной, судорожно вцепившись пальцами в край стола. « Меня освободили условно два года назад. И все эти два года мы с Марком тщательно готовились, шаг за шагом приближаясь к тебе, а ты — ослеплённый жадностью — ничего не замечал. Я также заручилась поддержкой всех твоих главных спонсоров и собрала исчерпывающие показания обманутых тобой людей. Так что не ищи среди них союзников. Сегодня вечером их здесь не найдёшь.» « Но компания всё равно моя!» — прохрипел Артём, пытаясь отдышаться. « Ты никогда ничего не докажешь в суде!» «Это уже доказано», — Вероника подняла подбородок, её взгляд был острым, как стальной клинок. «Ты подписал это соглашение с холдингом Азимут, не так ли? То самое, на фантастическую сумму. Чувствуешь, как у тебя ёкает сердце при этих цифрах? Твоя ненасытная жадность и сгубила тебя. Вместо долгожданного контракта тебя ждёт камера в СИЗО. Компания возвращается ко мне. StroyGarant снова мой, потому что по условиям того самого договора ты не выполнил свои обязательства. Следовало внимательнее читать мелкий шрифт, Артём.» «Ты… ты меня подставила…» — прошипел он, бросая полные ненависти взгляды то на Веронику, то на Марка. «Ты и твой верный… друг…» «Идеальное отражение твоего собственного почерка», — сказала Вероника, принимая бокал игристого вина из рук Марка. «Ну что ж, поднимем бокалы. За твое здоровье, Артём. Оно тебе очень-очень пригодится.» В бессильной, слепой ярости Воронов рванулся вперёд, сжав кулаки. Но Марк был быстрее. Он перехватил атаку коротким, точным ударом в челюсть, который прозвучал на удивление громко в наступившей тишине. «Я всегда мечтал это сделать», — сказал он. «С тех самых давних времён.» Три месяца спустя Вероника сидела на просторной, залитой солнцем террасе своего загородного дома. Их дом, вместе с Марком. Снаружи птицы выводили бесконечные трели, нарушая чистую, звонкую тишину утра. В руках у неё была свежая газета с большой статьёй на первой полосе, посвящённой её бывшему мужу: «ИЗВЕСТНЫЙ БИЗНЕСМЕН ОБВИНЯЕТСЯ В СИСТЕМАТИЧЕСКОМ РАСХИЩЕНИИ БЮДЖЕТНЫХ СРЕДСТВ, ВЫДЕЛЕННЫХ НА РЕМОНТ ЖИЛЬЯ ДЛЯ СИРОТ И ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ.»
С лёгкой гримасой отвращения Вероника отложила газету. Каждый раз, читая подробности тёмных дел Артёма, она вновь поражалась по-настоящему бездонной пропасти его жадности и цинизма. «Ничто не свято», — прошептала она почти неслышно, глядя в залитое солнцем окно. «Именно это и погубило тебя.» Она взглянула на изящные часы на столе. Марк должен был прийти с минуты на минуту; через час они собирались поехать в ресторан окончательно выбрать меню для своей настоящей, на этот раз, свадьбы. На лице Вероники расцвела мягкая счастливая улыбка, и она снова взглянула на обручальное кольцо на пальце. Искусно огранённый бриллиант в форме сердца ловил солнечный свет, разбрасывая вокруг яркие, игривые искры. Спешат ли они? Возможно. Но после всех этих лет, проведённых за решёткой за преступление, которого она не совершала, Вероника ощущала жгучую, неутолимую жажду жизни — настоящего, не выдуманного счастья. Её бывший муж украл у неё не только процветающее дело, созданное её отцом, но и самое дорогое — те бесценные годы, которые невозможно вернуть. Теперь она была полна решимости проживать каждый новый день на полную, с любовью и благодарностью. С этого момента и навсегда. Она вышла из тени и больше никогда не вернётся туда. А в саду, за окном, пели птицы, и ветер раскачивал ветви молодой яблони, на которых уже начали появляться первые, ещё зелёные плоды.