Ты же сделал дорогой ремонт маме, а теперь требуешь от меня 300тысяч рублей? воскликнула Аглая, размахивая распечаткой банковских операций перед лицом мужа.
Андрей сидел за кухонным столом, уткнувшись в телефон. На нём была старенькая футболка с логотипом давно забытой рокгруппы, а под глазами темные круги, а на лице рос неравномерный щетина.
«Ты же говоришь, что это наши общие деньги», пробормотал он, не отрываясь от экрана.
«Общие? воскликнула Аглая, бросив взгляд на него. Андрей, милый, а когда ты в последний раз вносил свою часть в наш общий бюджет? Три месяца назад? Четыре?»
Она села напротив, скрестив руки на груди. Ее волосы собраны в небрежный хвост, отдельные пряди падают на уставшее лицо. На ней домашний халат с небольшим цветочным узором подарок тещи к 8марта.
«Я сейчас без заказов, наконец посмотрел Андрей. Ты же знаешь, как живут фрилансеры.»
«Знаю, кивнула Аглая. Поэтому я не трогала наш запасной фонд. А ты что сделал? Потратил всё на ремонт маминой квартиры!»
«Не всё, возразил Андрей. Да, она моя мама, я обязан помочь.»
«Обязан, повторила Аглая. Но я же не обязана, правда? Не я, не наш будущий ребёнок?»
Андрей замер, глаза расширились.
«Какой ребёнок?»
Из кармана халата Аглая вынула тест на беременность, положила его на стол.
«Вот этот.»
Тишина окутала кухню. Снаружи гудел автомобиль, в дворе лаяла собака. Андрей посмотрел на полоски, будто на таймер бомбы.
«Почему ты не сказала сразу?», вырвалось у него.
«Я узнала только вчера. Хотела удивить тебя сегодня, даже купила маленькие бутончики», голос Аглаи дрожал. «А утром увидела, что со счёта сняли триста тысяч рублей наши сбережения на первый взнос за квартиру.»
Андрей потёр виски.
«Мама позвонила, сказала, что труба лопнула, соседям внизу затопило Я не мог отказать.»
«Не мог, повторила Аглая. А ты мог спросить меня?»
«Ты бы не разрешила», ответил он.
«Конечно бы не разрешила! Мы копили эти деньги два года! Два года я экономила, покупала одежду в секондхенде, отказывалась от отпусков»
«Мама вернёт деньги», тихо сказал Андрей.
«Когда? Как? Она уже на пенсии!»
«Продаст дачу», уверенно ответил он.
Аглая громко рассмеялась, но без радости.
«Дачу? Ту самую, которую она пытается продать уже три года? Андрей, проснись! Твоя мама никогда не вернёт эти деньги, ты это прекрасно знаешь.»
«Не смей так говорить о моей маме!»
«И не смей тратить наши деньги без меня!»
Они стояли друг напротив друга, как бойцы на ринге. Аглая тяжело дышала, руки слегка дрожали. Андрей сжал кулаки, напряг челюсть.
«Знаешь что, холодно сказала она, если ты считаешь, что имеешь право тратить наши совместные средства в одиночку, я тоже приму одностороннее решение.»
«Что за решение?»
«Я переезжаю к родителям. Подумать, стоит ли мне растить ребёнка с мужчиной, который ставит маму выше своей семьи.»
«Аглая, не говори так»
Но она уже выходила из кухни. За дверью спальни хлопнула дверь, послышался шуршание сумок жена собиралась.
Андрей остался сидеть за столом, глядя на тест. Две розовые линии размывались перед глазами.
Квартира родителей Аглаи находилась в другом конце города, в старой пятиэтажной «хрущёвке», третий этаж, окна выходят на шумную улицу. Аглая стояла у порога с двумя сумками, а мать, короткая полноватая женщина с добрым лицом, посмотрела на неё с тревогой.
Доченька, что случилось? спросила Галина Петровна.
Мам, можно я подойду к вам на время? спросила Аглая.
Конечно, входи! Папа! крикнула она, голосом зовя мужа. Аглая пришла!
Отец вышел большой мужчина с седой бородой, в растянутом свитере и домашней тапочке.
Аглая, где Андрей? спросил он, глядя на сумки в её руках.
Мы поссорились, папа.
Родители переглянулись. Мать взяла сумки, отец обнял дочь за плечи и повел в кухню.
Рассказывай, приказал он, усаживая её за стол. Мама, вскипяти чайник.
Аглая рассказала всё: о деньгах, о ремонте тещи, о тесте. Родители слушали молча, мать иногда вздыхала и качала головой.
Ох, Андрей, Андрей, вздохнул отец, когда Аглая закончила. Я же говорил, помнишь? Мамина девчонка. Такой человек должен был бы сидеть в детском саду, а не начинать семью.
Папа, не начинай, попросила Аглая.
Что не начинать? продолжал он. Сколько раз я говорил: смотри в оба! Всегда бегает за мамой, покупает продукты, меняет лампочку, а теперь ещё и ремонт за наш счёт
Серьёжа, хватит, вмешалась мать. Видишь, бедная девчонка уже в разорении?
Я вижу! Поэтому и говорю! ударил он кулаком по столу. Триста тысяч! Я половину жизни работал, чтобы заработать их!
Аглая закрыла лицо руками, хотела плакать, но слезы не шли. Внутри лишь пустота и усталость.
Доченька, ты думала о ребёнке? спросила мать, обнимая её.
Не знаю, мам. Мне тридцать два, может, последний шанс А одинокая мать
Кто сказал, что ты одна? возразил отец. Мы поможем! Разве нет, дорогая?
Конечно, поможем, кивнула Галина Петровна. Деньги, воспитание. Ты не одна, дорогая.
Аглая посмотрела на родителей такие дорогие, но уже старые. Отец был шестьдесят восемь, мать шестьдесят пять. Как им помочь? На пенсии едва сводят концы с концами.
Спасибо, прошептала она. Подумать надо.
Телефон зазвонил. Андрей. Аглая смотрела на экран, пока звонок не затих. Потом положила телефон экраном вниз.
Не надо, тихо сказала она. Пусть знает, каково это ждать, надеяться и чувствовать, как земля уходит из-под ног.
Мать молча поставила перед ней чашку чая. Отец вышел на балкон, закурил, хотя давно бросил.
За окном шёл дождь, смывая с асфальта пыль и старые обещания.