Его семья пыталась разрушить мой брак, но я поставила их на место Звонок поступил утром в субботу, когда мы с Андреем ещё лежали в постели, наслаждаясь редкой возможностью выспаться. Муж нехотя потянулся за телефоном, и по голосу я сразу поняла — это его мама. «Да, мам… Когда? На сколько?… Конечно, приезжай.» Я закрыла глаза и мысленно попрощалась со спокойными выходными. Валентина Ивановна приезжала нечасто, но каждый раз это превращалось в испытание. А если с ней приезжала Настя… «Они будут завтра», — сообщил Андрей, положив трубку. — Мама и Настя. На неделю.» «Что случилось?» Я уже знала, что случилось. У Насти опять не сложилось с мужчинами, и она примчалась к брату зализывать раны. «Очередной ухажёр испарился. Настя расстроена, мама решила, что ей нужно сменить обстановку.» Я кивнула, попыталась выглядеть сочувствующей. За пять лет брака я привыкла к такому сценарию. Андрей обожал младшую сестру, баловал её с детства, и теперь 30-летняя Настя до сих пор считала, что брат обязан решать все её проблемы. Проблема была в том, что и свекровь, и золовка меня откровенно не любили. Для них я была выскочкой — городской девушкой, увёзшей их мальчика из родного городка. То, что я закончила университет с отличием, работала в крупной ИТ-компании и хорошо зарабатывала, их только раздражало ещё больше. Валентина Ивановна часто намекала, что хорошие жёны должны сидеть дома и заниматься семьёй, а не «строить карьеру». Они приехали в воскресенье вечером. Настя действительно выглядела расстроенной — глаза красные, волосы кое-как собраны. Свекровь сразу же начала устраиваться так, словно приехала не на неделю, а навсегда. «Катя, ты разложила для нас диван?» — спросила она, оглядывая квартиру.
— А это постельное… Оно синтетическое! Как на таком можно спать?» Я молча достала всё лучшее, что у нас было, и пошла на кухню готовить ужин. Через полчаса Настя заглянула туда. «Давай помогу», — неожиданно ласково сказала она. Обычно она избегала любой работы по дому, поэтому я насторожилась. Но виду не подала. «Конечно, спасибо. Можешь порезать салат.» Мы работали молча, но я чувствовала, как Настя временами оценивающе на меня смотрит. Когда Андрей пошёл в душ, она наконец заговорила: «Слушай, Катя… Тебе не скучно с Андрюшой? Он такой… домашний. А ты привыкла к активной жизни, к коллегам…» «Мне хорошо с твоим братом», — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Мы прекрасно понимаем друг друга.» «Ну да, конечно», — протянула Настя. — Просто… мужчины бывают разные. Некоторые гораздо… интереснее.» Я промолчала — обсуждать свой брак с ней не хотелось. Первые три дня прошли относительно спокойно. Валентина Ивановна критиковала мою готовку и уборку, Настя демонстративно дулась и жаловалась на жизнь. Я старалась не обращать внимания и больше бывала на работе. В четверг утром, когда я собиралась на работу, Настя вдруг спросила: «Во сколько ты сегодня будешь дома? Может, встретимся где-то? Прогуляемся по городу?» «У меня встреча до семи», — сказала я. — Но можем увидеться после.» «Отлично! Я тебе позвоню.» Она не позвонила. Но вечером, когда я пришла домой, атмосфера была странной. Свекровь с Настей сидели на кухне с виноватыми лицами, а Андрей выглядел задумчивым. «Как дела?» — спросила я, поцеловав мужа. «Всё нормально», — ответил он, но почему-то отвёл взгляд. Во время ужина Валентина Ивановна вдруг сказала: «Катя, мы сегодня тебя видели. Ты сидела в кафе напротив универмага. С мужчиной.» Я подняла бровь. «Да, у нас была рабочая встреча с клиентом. И что?» «О, ничего», — быстро ответила свекровь. — Просто показалось, что вы сидели очень… близко.» «Мама», — мягко прервал Андрей. — У Кати работа такая, она встречается с разными людьми.» Но я заметила его взгляд — едва уловимая тревога. Значит, они уже успели что-то ему внушить. На следующий день история повторилась. Только теперь якобы меня видели выходящей из машины «какого-то симпатичного брюнета». А через день — гуляющей под руку с «высоким блондином». «Вот уж», — сказала я, когда мы остались одни.
— Они что, меня преследуют?» «Не говори ерунды», — ответил муж, но я уловила неуверенность в его голосе. — Наверное, случайно.» «Андрей, ты ведь знаешь, у меня много коллег-мужчин? Что мне теперь делать, перестать с ними говорить?» «Конечно, нет. Я тебе верю.» Но я уже видела, что червь сомнений его подтачивает. Свекровь с Настей действовали тонко: не обвиняли напрямую, а сеяли подозрение. А это гораздо опаснее открытой атаки. В понедельник утром, просматривая почту, я получила сообщение с незнакомого номера: «Не могу забыть наш вчерашний вечер. Ты была великолепна. Жду повторения.» Я показала сообщение Андрею. «Наверное, ошиблись», — сказал он после паузы. «Наверное», — согласилась я, но решила быть начеку. Во вторник пришел букет роз. Без подписи, только открытка: «От твоего тайного поклонника.» В среду — ещё одно сообщение: «Думаю только о тебе. Когда увидимся?» Я честно обо всём рассказала Андрею. Он нахмурился, но старался выглядеть спокойно. А у свекрови с Настей с каждой очередной «сюрпризной» появлялись многозначительные взгляды. «Катя», — наконец сказала Валентина Ивановна, — может, скажешь мужу, кто это? Уже неудобно.» «Я ему и говорю», — ответила я. — Но не знаю, кто это.» «Как это не знаешь?» — удивилась Настя. — Женщины обычно чувствуют такие вещи.» Я внимательно на неё посмотрела. В её глазах мелькнуло что-то вроде злорадства. В четверг утром курьер принёс посылку из магазина белья. Дорогое, красивое, но явно не моего размера. К нему была записка: «Для особого случая. Не заставляй ждать.» Тут я изобразила, что по-настоящему испугалась. «Андрей», — сказала я дрожащим голосом, — это уже перебор. Кто-то за мной следит, знает наш адрес. Мне страшно. Пойдём в полицию, пусть узнают, на кого оформлены эти номера, кто заказал доставку.» Андрей нахмурился. — Может, не стоит сразу к полиции? Давай попробуем сами разобраться…» «Нет», — настаивала я, умело разыгрывая панику. — Я боюсь. А если этот человек опасен? А если он…»
Я не договорила, так как в комнату ворвались свекровь и Настя. «Не звони в полицию!» — закричала Валентина Ивановна. — Мы… мы во всём сознаёмся…» «В чём?» — холодно спросила я, хотя уже давно всё поняла… Продолжение в комментариях Звонок прозвучал в субботу утром, когда мы с Андреем еще лежали в постели, наслаждаясь редкой возможностью выспаться. Муж неохотно потянулся за телефоном, и по его голосу я сразу поняла — это была свекровь. — Да, мама… Когда? Надолго?… — осторожно говорил Андрей, как всегда, когда разговаривал с матерью. — Конечно, приезжай… Я закрыла глаза и мысленно попрощалась со спокойными выходными. Валентина Ивановна приезжала нечасто, но каждый её визит превращался в испытание. А если с ней ещё приезжала Настя… — Завтра приедут, — сказал Андрей, положив трубку. — Мама и Настя. На неделю. — Что случилось? — хотя я уже знала. У Насти снова неприятности с мужчинами, и она прибегает к брату зализывать раны. — Еще один поклонник исчез. Настя расстроена, мама решила, что ей нужно сменить обстановку. Я кивнула, стараясь выглядеть понимающей. За пять лет брака я привыкла к такому сценарию. Андрей обожал младшую сестру, с детства её баловал, и теперь тридцатилетняя Настя по-прежнему считала, что брат обязан решать все её проблемы. Проблема была в том, что свекровь и золовка меня откровенно не любили. Для них я была выскочкой — городской девушкой, которая увела их мальчика из родного города. То, что я закончила университет с отличием, работала в крупной IT-компании и хорошо зарабатывала, их только раздражало. Валентина Ивановна часто намекала, что хорошие жёны должны сидеть дома и заботиться о семье, а не «строить карьеру». Они приехали в воскресенье вечером. Настя действительно выглядела расстроенной — красные глаза, небрежно собранные волосы. Свекровь сразу стала устраиваться, будто приехала не на неделю, а навсегда. — Катя, ты разложила для нас диван? — спросила она, окидывая взглядом нашу квартиру. — А это что за постель… синтетика! Как на таком спать? Молча достала всё лучшее, что было, и пошла на кухню готовить ужин. Через полчаса Настя заглянула ко мне. — Я помогу, — сказала она неожиданно мягко. Обычно она сторонится любой работы по дому, так что я насторожилась. Но не подала виду. — Конечно, спасибо. Порежь, пожалуйста, салат.
Мы работали молча, но я чувствовала, что Настя иногда пристально на меня смотрит. Когда Андрей ушёл в душ, она наконец заговорила: — Слушай, Катя… Тебе не скучно с Андреем? Он такой… домосед. А ты ведь привыкла к активной жизни, к коллегам… — Я счастлива с твоим братом, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Мы прекрасно понимаем друг друга. — Ну да, конечно, — протянула Настя. — Просто… мужчины бывают разные. Некоторые намного… интереснее. Я промолчала. Обсуждать свой брак с ней мне не хотелось. Первые три дня прошли относительно спокойно. Валентина Ивановна критиковала мою готовку и уборку, Настя нарочито хандрила и жаловалась на жизнь. Я старалась это игнорировать и больше времени проводить на работе. В четверг утром, когда я собиралась, Настя вдруг спросила: — Во сколько ты сегодня будешь дома? Может, встретимся где-нибудь? Прогуляемся по городу? — У меня встреча до семи, — сказала я. — Но мы можем встретиться позже. — Отлично! Я тебе позвоню. Она не позвонила. Но вечером, когда я вернулась домой, атмосфера была какой-то странной. Свекровь с Настей сидели на кухне виноватыми, а Андрей был задумчив. — Как дела? — спросила я, поцеловав мужа. — Нормально, — ответил он, но почему-то отвел глаза. За ужином Валентина Ивановна вдруг сказала: — Катя, мы тебя сегодня видели. Ты сидела в кафе напротив универмага. С мужчиной. Я приподняла бровь. — Да, у нас была рабочая встреча с клиентом. И что? — О, ничего, — быстро сказала свекровь. — Просто показалось, что вы сидели очень… близко. — Мама, — мягко перебил её Андрей. — У Кати такая работа, ей приходится встречаться с разными людьми. Но я заметила, как он на меня посмотрел — мелькнула тревога. Значит, они уже успели посеять в его голове сомнения. На следующий день история повторилась. Только теперь они якобы увидели, как я выхожу из машины «какого-то симпатичного брюнетa». А на следующий день — иду под руку с «высоким блондином». « Боже мой, » — сказала я,
когда мы с Андреем остались одни. « Они правда преследуют меня? » « Не глупи, » — сказал муж, но я услышала неуверенность в его голосе. « Они просто случайно тебя увидели. » « Андрей, ты ведь понимаешь, что у меня много коллег-мужчин? Что мне делать — перестать с ними разговаривать? » « Конечно нет. Я тебе доверяю. » Но я видела, как в нем росло сомнение. Настя и свекровь действовали исподтишка: они не обвиняли меня прямо, а лишь сеяли подозрение. И это было куда опаснее открытых нападок. В понедельник утром, пока я проверяла почту, пришло сообщение с незнакомого номера: « Я не могу забыть прошлую ночь. Ты была потрясающая. Жду с нетерпением продолжения. » Я показала сообщение Андрею. « Наверное, ошибка, » — сказал он после паузы. « Наверное, » — согласилась я, но решила проследить за этим. Во вторник пришёл букет роз. Без подписи, только открытка: « От твоего тайного поклонника. » В среду — ещё одно сообщение: « Я думаю только о тебе. Когда мы встретимся? » Я честно рассказала обо всём Андрею. Он нахмурился, но старался сохранять спокойствие. Свекровь и Настя, впрочем, переглядывались при каждой такой «сюрпризе». « Катя, » — наконец сказала Валентина Ивановна, — « может, скажешь мужу, кто это? Всё как-то уж слишком неловко. » « Я говорю ему, » — ответила я. « Но я не знаю, кто это. » « Как ты можешь не знать? » — удивилась Настя. « Женщины обычно такое чувствуют. » Я внимательно посмотрела на неё. В её глазах мелькнуло что-то вроде злорадства. В четверг утром курьер принёс посылку из магазина белья. Дорогое, красивое, но явно не моего размера. В комплекте — записка: « Для особого случая. Не заставляй меня ждать. » Тогда я притворилась по-настоящему испуганной. « Андрей, » — сказала я дрожащим голосом, — « это уже слишком. Кто-то следит за мной, знает наш адрес. Мне страшно. Пойдём в полицию — пусть выяснят, на кого зарегистрированы эти номера, кто сделал заказ на доставку. » Андрей нахмурился. « Может, не стоит сразу идти в полицию? Давай попробуем разобраться сами… » « Нет, » — настаивала я, тщательно изображая панику. « Мне страшно. А вдруг этот человек опасен? А если он… » Я не договорила, потому что свекровь и Настя вбежали в комнату.
« Никакой полиции! » — крикнула Валентина Ивановна. « Мы… мы признаёмся… » « В чём? » — холодно спросила я, хотя уже давно всё поняла. « Это были мы, » — пробормотала Настя, опуская глаза. « Мы просто хотели… пошутить. » Я медленно сбросила маску испуганной жертвы и рассмеялась. « Пошутить? » — повторила я. « Вот это шутка. Прислать бельё, писать любовные сообщения, следить за человеком… » « Катя… » — начал Андрей, ошеломлённо. « Подожди, дорогой. Я не закончила. » Я повернулась к Насте. « Думаешь, я дура? В понедельник я заметила, что за мной следят. Во вторник я сходила в цветочный и узнала, кто заказал букет. Ты, конечно, сменила номер, но он всё равно зарегистрирован на тебя. В среду я проверила второй номер — тоже твой, старый. А бельё заказала мама: я видела открытую страницу магазина на её ноутбуке. » Повисла тишина. Настя стояла красная, как свёкла, свекровь то сжимала, то разжимала руки. « Но почему? » — тихо спросил Андрей. « Потому что я стою костью в горле у твоей сестры и матери, » — спокойно сказала я. « Они считают, что ты выбрал не ту жену. Они решили нас разлучить. Классика: посеять сомнения, заставить тебя поверить, будто у меня есть любовник. » « Это неправда! » — завопила Настя. « Мы просто… » « Просто что? » — перебила я. « Просто хотели мне добра? Ваша семья пыталась разрушить мой брак, а я поставила всех на место. Вот и всё. » Андрей медленно повернулся к матери и сестре. В его глазах я увидела такую ярость, какой никогда прежде не видела. « Уходите, » — тихо, но чётко сказал он. « Собирайте вещи и уходите из моего дома. » « Андрюша, мы… » — начала Валентина Ивановна. «Сейчас же!» — закричал он так громко, что они вздрогнули. «И чтобы я вас здесь больше не видел!» Через час они ушли. Настя громко рыдала, свекровь бормотала что-то о неблагодарных детях. Андрей молча помог донести их сумки до такси. Когда мы остались одни, он долго сидел на диване с лицом в руках. «Прости меня», — наконец сказал он. — «Я должен был сразу понять. Я должен был тебя защитить.» «Ты меня защитил», — сказала я, присев рядом с ним. — «Когда это было важно.» «Как ты это поняла?»
«Я подозревала с самого начала. Всё начиналось уж слишком удобно — как раз когда они приехали. И эти взгляды, которыми они обменивались при каждом сообщении. Настя едва сдерживала смех.» «Но почему ты сразу мне не сказала?» Я замялась, подбирая слова. «Потому что я хотела, чтобы ты сам их разоблачил. Или чтобы они признались. Потом поняла, что это может затянуться, и решила их спровоцировать. Полиция — этого они боялись больше всего.» Андрей обнял меня. «Ты слишком умная для меня», — сказал он. — «И слишком добрая. Любая другая давно бы меня бросила из-за таких родственников.» «Глупости», — сказала я. — «Я люблю тебя, а не твоих родственников. Хотя, конечно, это было неприятно.» «Они больше сюда не придут. Обещаю.» «Не говори «никогда»,» — мягко сказала я. — «Они всё-таки твоя семья. Но в следующий раз — если он будет — пусть живут в гостинице.» Он кивнул и обнял меня крепче. И я подумала, что иногда семейные войны заканчиваются неожиданными победами. Главное — не сдаваться и играть умнее противника. Через неделю Андрей получил сообщение от матери: «Прости нас. Мы поняли, что были неправы. Катя — хорошая жена, и мы больше не будем мешать твоему счастью.» «Думаешь, это искренне?» — спросил он, показывая мне сообщение. «Не знаю», — честно ответила я. — «Но мне бы хотелось верить. В любом случае, теперь они знают, что со мной связываться не стоит.» И это было правдой. Больше никто не пытался разрушить наш брак. Я заработала репутацию женщины, которая умеет за себя постоять. Что, честно говоря, недалеко от истины.