Отношения между Машей и свекровью были обречены с самого начала. Уже на первой встрече Лидия Ивановна решила, что будущая невестка – не её человек.
Она не упускала случая убедить сына в ошибочности его выбора:
— Витя, объясни мне, что именно ты нашел в этой девушке? Ни внешности, ни характера особенного, а ведет себя так, будто ей весь мир должен поклоняться.
— Мам, перестань придираться. Она специально готовила для тебя пирог, старалась произвести хорошее впечатление.
— Не нужны мне её выпечки. Мне нужна достойная невестка, которая сделает тебя по-настоящему счастливым. Что случилось с Оленькой? Она же была такой милой, покладистой и хозяйственной. Почему ты выбрал эту вашу Машу?
— Давай без сравнений. Я люблю Машу и уверен, что буду счастлив с ней. Надеюсь, со временем вы найдете общий язык.
— Ты просто слепой! Она не любит тебя! Я это чувствую. Ей нужны только наши деньги. Посмотрим, как долго продлится твой романтизм…
Оля, упомянутая Лидией Ивановной, была дочерью близких друзей семьи. Витя дружил с ней с детства, и родители обеих семей мечтали о том, что эта дружба превратится в серьезные отношения. Оле действительно нравился Витя, но его чувства были направлены совсем в другую сторону. В двадцать лет он встретил Машу и понял, что именно она станет его спутницей жизни.
После свадьбы их отношения с тёщей не улучшились, хотя Маша искренне пыталась найти к ней подход. Первое время молодожены жили вместе с Лидией Ивановной, экономя на аренде жилья для будущего первоначального взноса по ипотеке.
Семья Вити была финансово обеспечена, но мать отказалась помогать им материально, уверенная, что Маша связалась с её сыном исключительно из корыстных побуждений. Разрешив молодым пожить под своей крышей, она ставила перед собой цель – показать сыну его ошибку до того, как будет слишком поздно. В её планах было действовать, как только Витя отправится в длительную командировку.
— Лидия Ивановна, я сварила борщ, хотите попробовать?
— Машенька, Витя уже уехал. Не стоит продолжать этот фарс.
— Какой фарс? Я готовлю для нас с вами.
— Конечно, ты такая идеальная… Такие, как ты, меня не проведут.
— Честно говоря, я устала от наших постоянных конфликтов. Что я вам сделала такого?
— Если не нравится – никто не заставляет терпеть. Вити не будет три месяца. За это время ты можешь снять себе жилье.
— Знаете что? Вы правы. Мы не сможем ужиться вместе.
Лидия Ивановна была в восторге от того, как легко начал осуществляться её план. Отправить невестку на съемное жилье оказалось проще, чем она предполагала.
Теперь пришло время реализовать второй этап:
— Алло, Оленька! Это Лидия Ивановна. Когда сможешь ко мне заглянуть? Есть важный разговор.
Ольга колебалась, но шанс вернуть любимого человека перевесил осторожность:
— Вы уверены, что это сработает?
— Абсолютно уверена. Одной мне будет сложно переубедить сына, но вдвоем мы точно справимся. Главное – следуй инструкциям.
— Хорошо, соглашаюсь.
— Вот такая решительная и целеустремленная женщина должна быть рядом с моим сыном.
На следующий день Лидия Ивановна позвонила сыну и представила свою версию событий: Маша якобы в гневе ушла из дома, отказавшись мириться. В тот же вечер позвонила и сама Маша, сообщив, что решила временно пожить отдельно.
— Родной, я разговаривал с мамой. Она очень расстроена твоим поведением, особенно тем, что ты так резко уехала.
— Я ничего плохого ей не делала. Наоборот – она сама предложила пожить отдельно, пока тебя нет.
— Она рассказала мне совсем другую историю.
— Ты мне не веришь? Понимаю, она твоя мама, но и мне лгать нет смысла. Может, действительно лучше жить отдельно?
— Почему вы не можете поладить? Вы обе значите для меня очень много. Эти постоянные раздоры между вами меня сильно беспокоят.
— Витя, я не хочу тебя огорчать, но не чувствую своей вины в случившемся.
— Ладно, живи пока отдельно. Посмотрим, как всё сложится после моего возвращения.
Маша была рада, что муж проявил понимание к её решению переехать, и с нетерпением ожидала его приезда. Параллельно она решила попытаться наладить отношения со свекровью.
Через месяц Ольга позвонила Виктору для обсуждения профессионального вопроса — ведь они оба работали юристами, так что найти повод для разговора было нетрудно. Во время беседы девушка между делом упомянула, что видела Машу в компании какого-то мужчины. Виктор удивился, но особого значения этому не придал: возможно, это был коллега или просто знакомый. У него не было причин подозревать жену в чем-то недобропорядочном.
Спустя несколько дней Маша позвонила мужу, её голос буквально лучился от счастья:
— Витя, у меня потрясающая новость!
— По тону уже слышно! Что стряслось?
— Я жду ребенка!
— Не знаю, что сказать… Я просто вне себя от радости! Сколько уже?
— Восемь недель.
— Как же сильно я тебя люблю!
— И я тебя тоже.
Маша попросила мужа сохранить эту новость в тайне до конца первого триместра. Она где-то читала, что раньше времени афишировать беременность — плохая примета. Хотя сама особо не верила в приметы, рисковать не хотела. Виктор согласился молчать, хотя внутри от предвкушения будущего отцовства ликовал.
Вскоре возникла непредвиденная ситуация. Лидия Ивановна случайно заметила невестку выходящей из женской консультации. Она как раз ждала подругу, медсестру, чтобы вместе отправиться на обед.
Увидев свекровь, Маша сразу поняла, что скрыть беременность теперь невозможно. Пришлось рассказать о ребёнке, на что Лидия Ивановна отреагировала крайне эмоционально:
— Вот как? Муж в командировке, а у нас уже будет малыш? Очень похоже на твои методы.
— Да что вы такое говорите? Я люблю вашего сына всей душой и никогда бы его не предала. Это его ребёнок.
— А я почему-то очень сомневаюсь…
Лидия Ивановна продолжала высказывать свои подозрения, нападая на невестку. От стресса у Маши закружилась голова, и она потеряла сознание. К счастью, всё произошло прямо у входа в медицинское учреждение. После осмотра врачи установили, что ей категорически нельзя нервничать. Они рекомендовали полный покой, временное пребывание на сохранении и исключение любых стрессовых ситуаций.
Испуганная своим состоянием, Маша послушалась врачей. Она только сообщила мужу о случившемся, но не стала рассказывать подробности, которые могли бы вызвать у него дополнительные переживания. Важная командировка была слишком значима для его карьеры.
Лидия Ивановна испытывала чувство вины за состояние невестки, но оставалась твёрдо уверенной в своей правоте. Она решила во что бы то ни стало положить конец этому браку и снова попытаться свести сына с Ольгой — образованной, интеллигентной и подходящей по всем параметрам девушкой. Её просто не устраивала мысль о том, чтобы оставить сына без своего контроля.
До возвращения Виктора оставалось всего две недели, поэтому действовать нужно было быстро.
— Привет, сынок! Как там работа продвигается?
— Мама, очень приятно слышать твой голос! У меня всё отлично, а ты как?
— Я-то нормально, но есть новости, которые тебе, боюсь, не понравятся.
— Что-то случилось?
— Дело в том… Я заходила к Антонине, и мы решили пообедать вместе, когда случайно встретила твою Машу.
— Если ты имеешь в виду её беременность, то я уже знаю. Мы планировали сообщить всем через месяц.
— Конечно, ваше дело, но она была не одна. Хотелось бы, чтобы ты знал об этом.
— Что значит «не одна»?
— Когда она выходила из клиники, её встретил молодой человек. Их общение явно не было дружеским.
— Этого просто не может быть…
— Подумай сам, ты уже взрослый человек. По-моему, твоя Машенька ведёт себя не совсем честно. Ты уехал, а она тут нашла себе компанию.
За пару дней до прибытия Виктора Машу готовились выписать из больницы. Узнав об этом от своей подруги, Лидия Ивановна направилась встречать невестку.
— Машенька, мне стыдно за свои прошлые высказывания. Давайте закроем эту неприятную главу нашей истории.
— Я с удовольствием забуду всё плохое. Рада вашим словам.
— Тогда возвращайтесь домой. Витя скоро вернется, и мы сможем встретить его как единая семья.
— Согласна, Лидия Ивановна. Сама не хочу оставаться в одиночестве.
— Прекрасно, что мы нашли общий язык.
К вечеру Маша, собрав все свои вещи, вернулась в дом свекрови, надеясь, что их отношения действительно наладятся.
Между тем Лидия Ивановна тщательно прорабатывала детали своего плана, который должен был убедить сына в необходимости расторгнуть брак. Ольга же будет находиться в нужном месте в нужное время, чтобы поддержать Витю в трудный момент и завоевать его доверие. В её представлении всё складывалось идеально.
— Алло, сынок?
— Мама, здравствуй! Маша сообщила, что вы помирились, и ты вернулась домой. Как здорово, что конфликт исчерпан!
— Если бы… К сожалению, правда куда хуже, чем тебе кажется.
— Что опять случилось? Не могу понять, почему вы продолжаете ссориться?
— Да всё то же самое. После выписки Маша нагло ворвалась сюда со своими чемоданами, заявив, что будет жить здесь, не спрашивая моего мнения. Она даже пригрозила лишить меня встреч с внуком, если я расскажу тебе всю правду. А ведь я до сих пор не уверена, что ребёнок вообще от тебя. Но даже если это так, не хотелось бы терять возможность видеться с внуком.
— Мама, что ты говоришь? Это невозможно…
— Зачем мне врать собственному сыну? Я только желаю тебе счастья, дорогой.
— Если всё, что ты рассказываешь, правда, то ты была права с самого начала. Поторопился я с женитьбой. Хорошо, по приезде разберусь во всём.
Лидия Ивановна была безмерно рада: слова сына всегда имели вес. Теперь оставалось потерпеть совсем немного. Скоро Витя вернётся, и эта нежеланная невестка с её сомнительным ребёнком исчезнет из их жизни.
В день приезда Виктора Лидия Ивановна решила задержаться на работе подольше, предоставив молодым возможность поговорить наедине. По её расчётам, к вечеру Маша должна была уже покинуть дом.
— Витя! Как же сильно я соскучилась!
Маша с радостными возгласами бросилась к мужу, как только он переступил порог.
— Маш, нам необходимо серьёзно поговорить.
— Произошло что-то важное?
— Боюсь, да.
— Тогда давай присядем на кухне. Я как раз заварила чай.
Виктор никогда не отличался эмоциональностью или театральностью. На этот раз он также предпочитал спокойный диалог, который мог бы прояснить ситуацию. За следующие несколько минут он подробно изложил всё, что услышал от матери.
Маша внимательно слушала, сохраняя молчание. Когда муж закончил, она сделала паузу, а затем рассказала свою версию событий:
— Я не изменяла тебе. Готова поклясться чем угодно.
— Слишком много совпадений. И зачем моей матери выдумывать такие истории?
— Ты знаешь, как она ко мне относится.
— Может быть, есть какие-то основания для её подозрений? Моя мама не человек, склонный к безосновательным обвинениям.
— Согласна, она не лишена здравого смысла. Проблема в другом — она просто не приняла меня и не собирается принимать. Я уверена, что она искренне верит в свои предположения. Убеждена, что я связалась с тобой не из любви, а забеременела от кого-то другого, пока тебя не было.
— Понимаешь, сейчас я вынужден выбирать между двумя самыми близкими мне женщинами — матерью и женой. Одна из вас, без сомнения, лжет, хотя обе говорите с такой уверенностью.
— Я тоже не рада этой ситуации, но тебе нужны доказательства. Вот что предлагаю: позвоним твоей маме на громкую связь. Ты всё услышишь сам.
Уверенность Маши уже начала возвращать Виктору доверие к ней, а идея полностью разобраться в происходящем показалась ему разумной.
— Лидия Ивановна, как вы могли так со мной поступить?
— Значит, сын всё-таки решил тебя выгнать?
— Вы разрушили нашу семью, используя ложь. Вам должно быть стыдно. Вы же не видели меня с другим мужчиной, точно так же, как и ваша Ольга не могла этого сделать.
— Дорогая, ты можешь скрываться сколько угодно, но меня не проведёшь. К тому же, я никогда не приму тебя рядом с моим сыном. А вот Оля станет настоящей частью нашей семьи, и ты очень скоро станешь для Вити лишь воспоминанием.
На протяжении всего разговора Лидия Ивановна несколько раз подтвердила, что намеренно вводила сына в заблуждение, считая это необходимым для его блага. Она была уверена, что Маша — глупая и наивная, и даже не подозревала, что её телефонный разговор прослушивается.
Вечером того же дня Лидия Ивановна вернулась домой и обнаружила в прихожей чемоданы, а на кухне за столом — сына с невесткой.
— Я думала, ты успеешь её выставить до моего прихода.
— Мама, я знаю всю правду. Мы уходим вместе.
— Что она тебе наговорила?
— Ничего особенного, мама. Всё сказал ты сама во время нашего недавнего разговора.
— Сыночек, прости меня… Я ведь делала это ради твоего счастья…
— Не стоит ничего объяснять прямо сейчас. Через три недели мы пойдём на УЗИ, чтобы узнать пол нашего ребёнка. Если ты захочешь наладить отношения с моей любимой женщиной, будем рады видеть тебя. Если же решишь продолжать конфликт, то знай: любое негативное слово в адрес моей жены или попытки Ольги вмешаться в нашу жизнь приведут к окончательному разрыву. Для меня теперь есть только одна семья.
Сын с невесткой покинули дом, оставив Лидию Ивановну в состоянии глубокого потрясения. Она никак не могла поверить, что из-за своего упрямства может потерять сына. За следующие три недели она осознала, что Витя действительно повзрослел и стал самостоятельным мужчиной, готовым принимать решения ради своей семьи. В назначенный день она встретила их у входа в женскую консультацию, надеясь начать всё с чистого